И исчезает. Пейдж, несомненно заметив мой шок, дарит мне быструю усмешку.
– Мы собирались к стенду Беркли, да? – спрашивает она у Эндрю, который согласно кивает. – Нужно встать в очередь. Ярмарка скоро закончится.
Я проверяю телефон – она права. Без десяти девять.
«Черт», – говорю я про себя. Сейчас или никогда.
– Мне нужно поговорить с Пенн, – сообщаю я остальным. И ловлю взгляд Пейдж. – Эм… Спасибо. За УКЛА.
– Не за что, – кивает Пейдж.
Я пытаюсь пробраться мимо остальных в сторону Ю-Пенн. Толпа сжимается, и на мгновение меня прижимает к груди Брендана. Я поднимаю взгляд вверх. Он отводит глаза, но я практически уверена, что у него перехватило дыхание. Я протискиваюсь мимо него, не вполне понимая, почему снова залилась румянцем.
Наконец я в очереди, и к тому времени, как оборачиваюсь, чтобы помахать оставленным ребятам, между нами оказывается очередь к УЮК[27]. Я подхожу к столу Пенн, когда чувствую вибрацию телефона. Достав его, я обнаруживаю сообщение от Эндрю.
Я немедленно отвечаю, ощущая восторженное покалывание в кончиках пальцев.
Пока стоявший передо мной человек разговаривает с представителем университета, я не могу сдержать улыбки. Разговор с Ю-Пенн уже не так пугает. Пока стою в очереди, я неожиданно для себя пишу Брендану:
Появляется облачко, означающее, что он пишет ответ, и я жду.
Я отвечаю краснеющим смайликом.
И подхожу к представителю Ю-Пенн, мужчине с седыми волосами в темно-синем блейзере.
– Я Кэмерон Брайт. Старший класс, – говорю я.
– Приятно познакомиться, Кэмерон. – Он пожимает мне руку. Выражение его лица теплое, приятное, располагающее к себе. Это немного успокаивает холодное покалывание нервов у меня в груди и пальцах. – Вы уже знаете, что планируете изучать в колледже?
– Меня интересует школа Уортон, – заявляю я, потянувшись за их брошюрой.
– Как вы знаете, Уортон – это программа высшего уровня для бизнеса, – говорит он. – Надеюсь, вы готовы к тому, что ваше расписание будет заполнено курсами по бизнесу. Учебная нагрузка студентов Уортона требует много усилий. Я предупреждаю потенциальных абитуриентов, что им следует быть уверенными в своем интересе к программе, прежде чем посвящать себя ей.
«
Внутри все сжимается еще сильнее, когда я вспоминаю о домашних заданиях по экономике на предпринимательском рынке. О ночах, которые я проводила, сквозь туман в глазах разбирая сложные концепции и задачи или пытаясь это сделать. Если я пойду в Уортон, то обреку себя на годы таких ночей. До конца жизни.
Из-за брошюры Уортона выглядывает голубой уголок программки УКЛА, которую мне дала Пейдж. Перед моими глазами пролетает видение дней, посвященных дизайну, а не производным финансовым инструментам.
– Постойте… – Представитель моргает, отвлекая меня от мыслей. Он всматривается в меня. – Вы сказали, ваша фамилия – Брайт?
– Эм, да, – говорю я.
– Вы случайно не дочь Дэниэла Брайта? – На его лице появляется новый интерес.
Я заставляю себя улыбнуться.
– Именно так.
– Замечательно! – восклицает он. – Я и не знал, что дочь Дэниэла Брайта уже в старшем классе. Что ж, несомненно, его дочь справится с Уортоном. При первой же возможности упомяну об этом вашему отцу. Надеюсь увидеть вашу заявку в своей стопке.
Идея изучать в колледже веб-дизайн рушится у меня в голове. Ее сменяет то, что я, кажется, знала всегда. Уортон – это мой отец. Экономика – это мой отец. Он – причина, по которой я это делаю, по которой я посвящаю себя такой жизни. Возможность жить в его мире, никогда не беспокоиться о неоплаченных счетах или одолженных блейзерах, самой строить свое будущее – это стоит всех бесконечных ночей.
– Увидите, – обещаю я. – Я уже ее отправила.
Я благодарю представителя за его время и отхожу от стола. Двор уже пустеет; все направляются к своим машинам. Я не нахожу в толпе высокой фигуры Брендана. Они с Пейдж, наверное, уже ушли, понимаю я с уколом разочарования.
Я достаю телефон и обнаруживаю ответ от Брендана. Меня захлестывает удовольствие. Достаточно, чтобы успокоить нервы.
Когда я набираю ответ, мысли про Уортон оказываются далеко-далеко.
