Снейдер услышал его кашель и рвотные позывы. Они стояли на палубе жилой лодки и смотрели на реку. Некар изумрудной лентой тянулся между лугами и прибрежными ивами. Как в одном стихотворении Гёльдерлина, которое недавно прочитал Снейдер и где так метко описывалась река Некар. Насколько же тесно сосуществовали красота и ужас. Разделенные одной лишь деревянной стенкой.
Криминалисты ждали рядом с входом в каюту.
– Можно? – спросил один из них.
– Да, вы можете войти, – ответил Снейдер. – Но приготовьтесь.
После редактора газеты, убитой в спальне своей квартиры стюардессы с листками календаря и забитой молотком на стеклянном столе дочери банкира это была уже четвертая жертва. Но в этот раз убийца не только раздробил тело, но и разбросал по камбузу его части и череп. К тому же убийство произошло как минимум пять дней назад.
Хесс был прав. Настоящее дерьмо! После Ганновера, Кёльна и Франкфурта – еще одно убийство. Теперь в Штутгарте. Снова молодая красивая женщина – да еще и политик от партии зеленых. Тем самым убийца подвергал их массивному давлению. «Привет, лохи! Теперь я натравлю на вас политиков, генеральную прокуратуру, СМИ и общественность. Да к тому же всех одновременно!»
Все-таки они такого не заслужили. До сих пор они вели себя сдержанно и не позволяли СМИ смаковать подробности предыдущих убийств. Скудная информация для прессы и засекреченные расследования без привлечения общественности. Обычно все получалось, и убийства раскрывались в течение недели. Но не в этот раз.
Разыскные работы длились уже слишком долго, а единственная достоверная информация, которая у них была, – это то, что след вел с севера на юг. Все остальные следы, которые отработали к данному моменту, – а под руководством БКА расследованием этих убийств занимались более шестидесяти пяти мужчин и женщин в разных федеральных землях, – оказались бесполезными. Они либо не имели отношения к делу, либо были подстроены киллером, чтобы запутать следствие. За это время были проанализированы представители различных профессий, которые выезжали в командировки по стране, проверены тысячи менеджеров, торговых агентов и сервисных техников, а их маршруты сопоставлены с диаграммой соотношения пути и времени убийцы. И ничего!
Этот мерзавец был очень умен! Его работа, методы и мотивы не вписывались ни в один психологический портрет. Он был как привидение. И теперь, видимо, воспринял их законспирированную работу как провокацию по отношению к себе. Слишком мало внимания! Значит, он хотел шумихи в СМИ. Он гордился своими деяниями и хотел быть в центре общественного интереса. Вот что он пытался им сообщить. Иначе и быть не могло. Поэтому и женщина-политик. Снейдер не верил в совпадения.
Пока Снейдер, сунув в рот сигарету и поставив ногу на ограждение, разглядывал набережную реки с кафе, скамейками и детскими площадками, Хесс прошел на корму лодки, чтобы поговорить по телефону. Сейчас он стоял там на фоне оранжевого рассвета, прижав сотовый к уху. И Снейдер догадывался, с кем он разговаривал.
После того как Снейдер выбросил окурок в реку, к берегу подъехал автомобиль с мигалкой и остановился рядом с другими полицейскими машинами на парковке. Настоящая массовая мобилизация! К счастью, полиция перекрыла берег и прилегающую улицу, чтобы избежать нашествия зевак, которые могли заснять весь этот цирк и выложить видео в Интернет.
Из автомобиля вышла молодая женщина с длинными светлыми волосами и металлическим чемоданом.
«Вот эта вполне соответствует вкусу убийцы!»
Снейдер наблюдал, как она поднялась по качающемуся деревянному мостику на борт и ухватилась за перила, прерывисто дыша.
– Морская болезнь? – спросил Снейдер.
– Только на лодках.
Он улыбнулся. Впервые за много недель этой женщине удалось рассмешить его одной-единственной фразой.
– Вы судебный медик? – спросил он.
– Нет, уборщица. Пришла вымыть пол. Труп внизу?
Снейдер кивнул на вход в каюты.
– Там полно народу. К тому же чертовски тесно. Скорее всего, они вас прогонят.
– Тогда даже пытаться не стоит?
– Стоит! Мне срочно необходим ответ на вопрос, какую букву убийца вырезал на коже трупа, в районе грудной клетки.
– Вы не знаете алфавит? – спросила она с серьезным лицом.
– Не целиком, – ухмыльнулся Снейдер, но потом посерьезнел. – Там внизу все в крови, сложно разглядеть. Мне нужна буква, – настойчиво повторил он. – Как можно быстрее.
– Я постараюсь. – Она неуверенно зашагала по раскачивающейся лодке, коротко воскликнула «
«Надеюсь, она там все не заблюет».
Тем временем Хесс закончил разговаривать по телефону и подошел к Снейдеру. Его лицо было бледным.
– Ты говорил с министром внутренних дел? – спросил Снейдер.
Хесс помотал головой.
– Его я приберегу напоследок. Сейчас я вполне обойдусь и без взбучки.
– Тогда что за важный звонок?
– Я проинформировал прессу.
Снейдер скептически посмотрел на Хесса, но ничего не сказал.
– Я не хочу больше скрывать информацию про буквы – сам видишь, к чему это привело, – объяснил Хесс.
– Тысяча чертей! – выругался Снейдер и опустил ногу с ограждения.
