Спрошенный, пойдёт ли он вместе со всеми назад, Элфрид ответил, что вернётся чуть позже. Девушке показалось, что старого эльфа замковый парк чем-то тревожит: так напряжённо стоял старик на месте, нахмурившись и вглядываясь в его тени. Она даже побаивалась оставлять его здесь в одиночестве. Но за руку в дом её потянул Эктор, а со Светой, болтая с ней, как с закадычной подружкой, взялась идти Миранда.
За несколько шагов до входной двери пришлось остановиться. Дверь открылась — и навстречу вышел Уэйтн. Наташа ещё шутливо удивилась, почему он без Симаса.
Уэйтн почтительно придержал перед нагулявшимися входную дверь. Проходя мимо, девушка спросила:
— А где Симас?
— Он нашёл оружейную, — насмешливо откликнулся эльф. — Боюсь, и ночевать там же останется.
«Симас — любитель оружия?» — подняла брови Наташа, посмеявшись с Уэйтном его нехитрой шутке.
Дверь закрывалась медленно. Наташа на ходу оглянулась: Уэйтн встал рядом со старым эльфом. Кажется, они заговорили о чём-то. И уже не так жаль стало оставлять Элфрида в саду.
Через минуту девушка фыркнула про себя, ощущая, что является полководцем, собирающим маленькую армию: при виде «гражданских» волки в импровизированной скорняжьей мастерской быстро освободили от работы Диму, велев ему идти с Наташей. Насколько она поняла, подчинённые Аедха собирались на воле, без неопытного, а потому медлительного ученика, на скорости обработать оленью шкуру — возможно, чтобы не оставлять её до утра, к которому та засохнет и станет неудобной для выделки. Впрочем, в последнем Наташа не разбиралась, просто видела весёлое облегчение на лицах воинов, когда они выпроваживали мальчишку.
Маленькую процессию на второй этаж завершал Аедх.
Вели на второй этаж три лестницы. Наташа обрадовалась им, широким и с плоскими ступенями: подниматься удобно, без напряжения. Хотя в конце первой Эктор нерешительно взглянул-таки на неё. Привыкнув понимать его с полуслова, а то и со взгляда (видела, как он на последних ступенях не шёл, а волочил ноги), она кивнула мальчику и, обняв, подняла его. Тёплые руки, сцепленные за её затылком, заставили улыбнуться. Сейчас ей, отдохнувшей, гораздо легче было нести его.
Взгляд Аедха она тоже прочитала легко: если бы не родовая сила Наташи, он бы предпочёл сам нести Эктора. Но… что есть — то есть, так что воин-маг продолжил идти рядом с Димой, который ему что-то взволнованно рассказывал: наверное, делился впечатлениями от выделки шкуры.
Глядя вперёд, на ступени и на идущую перед ней девчачью парочку, девушка усмехнулась: когда шкура будет выделана и готова для последующих операций, дадут ли ей кусочек, чтобы она могла сшить из него пару-другую игрушек? И чуть не засмеялась: а пробьют ли эту шкуру иглы из её походного набора? Для работы с таким материалом нужна, как минимум, самая толстая швейная игла. Хотя… возможно, такую можно купить и в здесь, в какой-нибудь лавочке?
Ладно. Время есть. Разберётся ещё.
Выяснилось: второй, а именно спальный этаж — это другой корпус. Если учесть, что замок похож на притиснутую и толстую букву «П», то этот корпус находился напротив кухонно-столового и тоже окнами выходил с видом на парк. Переход в этот корпус незаметен как раз из-за трёх лестниц. Двери в это помещение заменяли занавеси из толстой и грубой ткани (точно не гобелены!), тем не менее с вывязанными (или всё-таки вышитыми? Уж больно толстая нить) по ней листьями и цветами. Сейчас придверные занавеси были аккуратно раздвинуты и прикреплены железными кольцами к боковым сторонам косяка. Аедх сразу предупредил, что перед сном занавеси надо будет вытащить из колец и распустить. Получится такая мягкая, но тяжёлая дверь.
Внутри, за этими занавесями, Наташа увидела просторное помещение — и немного растерялась. А как же здесь спать? Но подбежали девочки, и, усадив Эктора в кресло, Наташа прошлась возле стен этого помещения, таким образом и выяснив, что в семь спален ведут уже настоящие двери, небольшие, деревянные, расписанные в тон самому помещению: в нём по стенам тоже «цвели цветы и летали птицы». Поскольку экскурсию проводили не торопясь, Аедх объяснил:
— Такое раскрашивание залы при спальне является магическим — для спокойного сна, а в некоторых случаях и для сна провидческого.
Постояв у окон и полюбовавшись сверху садом и парком, Наташа спохватилась, что время-то идёт, а солнце вот-вот сядет.
— И где этой ночью… — она споткнулась: «мы» или «я»? Но сообразила взглянуть на Эктора, который, сидя в кресле и выпрямившись, не спускал с неё насторожённых глаз. И улыбнулась, закончив: — …мы с Эктором расположимся спать?
Мальчик с облегчением откинулся на спинку кресла.
— Ой, мы покажем! — обрадовалась Миранда, оглянувшись на Свету, которая за собой тащила Шастю за шкирку, а кот только чуть-чуть упирался, не желая уподобляться людям-торопыгам, но шёл-таки следом. — Света, идём — покажем! Натали! У вас спальня будет с окнами в сад!
