Наташа притаила улыбку: чем дальше, тем больше Миранда становилась похожей на обычную девочку в тринадцать лет — со своими детскими эмоциями и желаниями, особенно теми, которые радуют не только её, но и других. Кажется, в такой толпе народа, которая готова к защите бедняжки от довлеющего над нею навязанного брака, Миранда постепенно, что называется, поднимала голову и расцветала.
И пошла следом за девочками, оглянувшись на Эктора, который кивнул ей.
Спальня её удивила. Она думала, что её заставят восхищаться громадными и роскошными кроватями под роскошными балдахинами. А здесь нашлись две обычные кровати, безо всяких роскошных крыш, причём сразу было видно, что вторую, маленькую — наверняка для Эктора, поплотнее придвинули к кровати побольше. Кроме всего прочего, за отдельным тяжёлым занавесом спряталось местечко для утренних и вечерних процедур. А у окна расположился небольшой столик, со стулом и с небольшим зеркалом на металлической ножке, чья поверхность слегка волновалась, но успешно отражала главное в лице человека, глядящегося в него.
— Миранда, а как здесь расположились остальные? — выдав порцию похвалы этой спальне, спросила Наташа.
— Мы со Светой заняли спальню слева от тебя, — заявила девочка. — Пока будем здесь вдвоём. Справа будет спать Дима.
Озадаченная Наташа только хотела спросить, а где же будет спать Элфрид, как Миранда закончила:
— Когда Эктор излечится, у него тоже будет отдельная комната. Как и у Светы.
Но Наташа не была бы Наташей, если бы упрямо не уточнила:
— А Элфрид?
— Он будет спать на первом этаже, — беспечно сказала Миранда. — Но в отдельной от волков комнате.
— Почему? — настойчиво добивалась ответа девушка. Ей показалось несправедливым, что пожилого эльфа оставят не там, где собраны основные члены… Она удивлённо заморгала. Основные члены семьи?
Но Миранда ничего не заметила. Объяснила так, чтобы гостья из иного мира её поняла:
— Там есть комната для травников. Элфрид скоро начнёт собирать травы и другие ингредиенты, чтобы исцелять тех, кому понадобится его помощь.
«И она тоже уверена, что мы здесь на постоянной основе», — снова поразилась Наташа и обернулась к входу, где стоял так и не вошедший в спальную комнату Аедх.
Итак… Аедх с волками будет спать на первом этаже, где обычно спит прислуга и охрана. Там же — Симас и Уэйтн. И — Элфрид. С практической точки зрения, всё логично и нормально. Воины должны быть ближе к входной двери, особенно если учесть, что входная дверь наружу, к лесу, а значит — ближе к опасности. И со старым эльфом всё логично, потому что с первого этажа ему удобнее уходить в сад или парк, чтобы собирать эти свои… ингредиенты…
Но Наташа сейчас всё ещё тревожилась: а с точки зрения человечности? Не будет ли обижен Элфрид? Ведь он так переживал из-за своего воспитанника, что поборол свою боль и буквально полз, чтобы защитить Эктора и вызволить его из сарая, предназначенного для казни мальчика!.. Тут же вспомнились прочитанные когда-то книги, в которых рассказывалось, что раньше в её мире воспитатели, то бишь гувернёры, всегда жили дверь в дверь со своими воспитанниками. А вдруг тем понадобится что-то?
Но, взглянув на радостную Миранду, Наташа решила выяснить этот вопрос у самого Элфрида. Чуть позже. Перед тем как лечь спать.
И снова прошлась по спальной комнате — до следующей занавеси, которой она поначалу не разглядела, потому как та тоже была расписана фоном к стенам. Заглянув за неё и расслышав топоток за спиной, Наташа удивлённо спросила у Миранды:
— А это что?
— Твои одежды на завтрашний день, — спокойно ответила девочка. — И для Светы с Димой здесь тоже есть подобающая нашему роду одежда.
Вопрос едва не сорвался с губ: «Нашему роду?» Но девушка сумела удержать себя в руках. Вместо расспросов она занялась тем, что осторожно погладила, а потом и пощупала то, что висело на шесте, на примитивных плечиках. Странно. Замок из-за растительности на нём выглядел давно заброшенным. Но ткань была такова, что в руках приятно подержать.
И всё же не выдержала.
— Почему одежда… как новая?
— А она и есть новая, — отозвалась довольная Миранда. — Элфриду и Аедху (она оглянулась на воина-мага) немало пришлось повозиться, чтобы снять с неё бытовое магическое заклятие на нестарение. — Она подумала, глядя на одежду, а потом хмыкнула: — Как и с постелей.
И только сейчас Наташа сообразила, что постель на кроватях и в самом деле выглядит не рассыпающейся от праха и пыли, в которые обычно превращается ткань в результате долгого срока использования, а только что выложенной — по меркам этого мира, конечно. «Ничего себе — магия у них тут!..» — обомлело оценила она, машинально приглядываясь к одёжкам, отобранным Мирандой для неё.
