Улыбка и хищно опущенный клюв загадочной птицы напомнили мне гротескное жуткое существо Апокалипсиса, сошедшее с полотен бессмертного Иоранима Босха, средневекового апологета Страшного Суда.
Я не могла отвести от него завороженного взгляда, и лишь подошедшая девочка, осторожно тронувшая меня за локоть, чтобы отдать упавшую маску, прервала визуальный молчаливый диалог.
— Как Ваше имя, мисс? — услышала я его вопрос
Что заставило меня тогда соврать, какой потаенный голос дал совет, не знаю, но я назвала имя сестры.
Мужчина галантно поклонился, сняв шляпу, приподнял за клюв наверх страшную маску, открыв лицо, на котором играла радостная мальчишеская улыбка, обнажая ровные белоснежные зубы.
— А меня Гай, Гай Лендол, очень рад познакомится с тобой, Ирина! Вот так встреча!!
Напряжение спало, и я с интересом разглядывала стоящего рядом господина.
Блондин, волнистые волосы стянуты сзади кожаным ремешком в хвост. Немногим выше среднего роста, под плащом просматривается плотное мускулистое, натренированное тело. На меня с легким прищуром смотрели глаза в странного вида очках. Одно их стекол было обычным, через него я видела насмешливый голубой глаз, другое же отливало зеркальным блеском, что в целом делало незнакомца похожим на аллегорического пирата, если бы не мрачная монашеская сутана. Мужчина, назвавший себя Гаем Лендолом, не был красавцем в классическом понимании этого слова, тем не менее отличался особой привлекательностью, ценимой женщинами. Смелый взгляд с лукавым прищуром, открытая, располагающая улыбка, приятные, мягкие черты лица, присущие жителям Туманного Альбиона, волевой подбородок, немного обветренная на вересковых пустошах или на берегах Ла Манша кожа щек и правильной формы нос с небольшой горбинкой. Рассматривая его, я почувствовала, как внутри груди затрепетал крыльями мотылек, испуганно и восхищенно. Впервые…
Он шагнул ближе и предложил руку. А потом случилось странное — как только я дотронулась до его локтя, освободившегося из под тяжелого черного плаща, пульсирующая точка в моей голове погасла, а сжимающее горло ощущение присутствия Зла исчезло без следа. Я с облегчением вздохнула полной грудью влажный дождливый воздух, пропитанный морем и…в тот же момент рядом с нами раздались оглушительные триумфальные звуки фанфар и тромбонов, возвещающих начало празднества, пронесся кубарем клубок ряженных, и пестрый дождь из разноцветных конфетти вмиг окутал нас, погрузив в сказку.
Я вздрогнула от неожиданности, а Гай с улыбкой успокаивающе сжал мою руку.
— Знаете, Ирина, что в средние века с колокольни Святого Марка спускали не бутафорного ангела, как например сегодня, известную топ модель, дочь местного мафиози, закутанную в бесчисленные рюши и предвкушающую небывалый гонорар от местного муниципалитета, а настоящих преступников. И спускали их без всякой страховки, протянув обычный канат между колокольней и балконом дворца дожей. Бедняги, которым за отважный поступок было гарантировано отпущение всех мыслимых грехов, шли с корзиной, наполненной лепестками роз и щедро посыпали ими восторженно ревущую внизу толпу. Немногом удавалось пройти весь путь, не сорвавшись вниз, но удачливые, перешагнувшие на балкон дворца становились героями, обещавшими Венеции счастливый, безбедный год. Если же несчастные падали, то год по обычаю грозил невзгодами и болезнями.
Потом дожи перестали искушать судьбу, и место арестантов заняли обычные акробаты, умелые канатоходцы, гарантирующие вечно тонущему городу безбедное существование. И лишь теперь традиционное действо превратилось в фарс. Я каждый год посещаю Венецию перед великим постом, и уже потерял счет тем, кто спускался с несчастной колокольни. Она не выдержала издевательств и обрушилась в начале прошлого века, но сейчас полностью восстановлена. С ее вершины кто только не летал вниз, начиная с искусно выполненных крылатых муляжей, в последствии известных актеров и рок певцов и заканчивая сегодняшней королевой гламура. Что отцы города придумают на следующий год?? Где им взять настоящего ангела? За неимением оного почетная роль достанется представительнице еще одного из влиятельных кланов?
Я слушала его тихий приятный голос с большим удовольствием и молчала, исполняя роль, навязанную мне маской. Роль Безмолвной дамы.
На губах Гая заиграла улыбка, он словно прочел мои мысли
