Матушка Хильда жалела бедного благого ребенка, зато ее дети Кристину ненавидели, она стала всеобщим изгоем. Старшие, особенно Марта и Густав в отсутствие матери часто издевались и обижали доверчивую девочку. И, устав от бесконечных дразнилок, тумаков и щипков, бедняга научилась находить укромные уголки, куда никто из детей не смел сунуться, Одним из них стал темный, пыльный чулан, под лестницей, где фрау Хильда хранила ненужный и полузабытый хлам, куда сама, рассчитывая продать скарб кочующим цыганам, в поисках забытой вещи боялась сунуться, не рискуя ушибленной головой или подвернутой ногой. И лишь Кристина, как мотылек могла впорхнуть в сырую тьму и в полной безопасности проскользнуть в самый дальний закуток. Там у маленького слюдяного окошка девочка придумала свой сокровенный мир. Она отгородила угол чулана, освященного тусклым лучом солнца, пробивающегося через слюду, от темного страшного пыльного скарба старым дырявым покрывалом. Натаскала немного сухой соломы и устроила теплую уютную норку — убежище для себя и своих немногочисленных кукол. Из них лишь одна была подарена отцом, других она сотворила сама из березовых поленьев, нарядив их в лоскуты и неумело, как получилось, нарисовав им большие глаза и смеющиеся рты. Они всегда улыбались маленькой девочке, даже когда ей было безутешно грустно и тоскливо, они всегда рассказывали ей только веселые истории.
Один раз мерзкий Густав пытался вытащить ее из тайного убежища, но дальше полки, уставленной старой медной посудой, покрывшейся от старости зеленым ядовитым наростом, ему тогда пройти не удалось. Кристина, увидев в просвете двери его темный силуэт, от ужаса, что сейчас неминуемо получит несколько тумаков и болезненных щипков, зажмурилась, забившись в самый угол своего потаенного убежища, прикрыла голову руками и молила, молила только об одном — Испугайся! Испугайся, злобный карлик Густав!
И в этот момент раздался нарастающий грохот падающей с полок на голову нечего не ожидающего Густава многочисленных буро-зеленных плошек, котлов, кастрюль, сковородок, а… потом, возможно это ей показалось, но нет, старые вилы сорвались с крюка и угрожающе надвинулись на обезумевшего от ужаса сводного братца.
Густав пронзительно заверещал и заскулил как испуганная девчонка и стремглав бросился прочь из чулана, крича, что Домовой набросился на него с вилами, и маленькая Кристина, стояла за спиной у старика и зло посмеивалась! Ведьма!! Она, ведьма и дочь ведьмы!!
Кристина, услышав тогда эти слова, впервые подумала, а почему бы нет? Если такова на тебя управа, мерзкий братец, то тогда я буду и впредь пугать тебя!
С того самого дня, она впервые почувствовала связь с потаенным миром. Ей помогли ее друзья, кто как не Старик, будучи невидимым, для обитателей дома, но порой играющий в чулане с Кристиной в наперстки, поднял вилы на гадкого Густава? А разве не маленький модник в красном кафтане легким движением тросточки скинул с верхней полки тяжеленный медный казан, повлекший за собой лавину падающей посуды? Это были ее тайные защитники, только с ними бедная одинокая девочка могла разговаривать, жаловаться на обиды, слушать в ответ их сочувствия и многочисленные истории из другого Запредельного Мира, которые постепенно уводили ее из тревожного настоящего в прекрасную страну сказок, фантазий, волшебную страну гномов, альвов, троллей и фей. Но тайные друзья не всегда успевали прийти на помощь малышке и порой с ней случались настоящие неприятности.
Последний раз это произошло в мае, когда Кристине исполнилось семь лет, и она вместе с сестрами играла за околицей в прятки. Марта, крупная девочка двенадцати лет вызвалась водить и спряталась за широким сосновым стволом. В круге оставались Кристина и две погодки Клара и Бертина. Стоило Марте начать считать, как дети бросились в рассыпную, сестры взявшись за руки побежали за поваленные деревья, а Кристина, вначале растерявшись, спохватилась и стремглав бросилась к ручью, чтобы спрятаться за высоким сухим тростником, густо растущим вдоль берега. Но стоило ей затаиться, как до острого слуха Кристины донесся хрустальный напев, девочка изумленно повертелась по сторонам, но не увидела, откуда раздается мелодия и лишь случайно проследив глазами за медленно плывущим по зеркальной поверхности воды упавшим кленовым листом, остановившимся у небольшого камня, заметила маленькую полупрозрачную фигурку странного существа, крошечной девушки, сидящей в тени на влажном камне и поющей красивую песнь, подобную нежному перезвону крошечных колокольчиков.
Так она впервые встретила речную фею Гозель.
