Гребень действительно был очень красивым, и Белоснежка подумала, что беды не будет, если она просто на него взглянет. Она спустилась вниз и открыла дверь.
– Ох, какие красивые волосы! – сказала старуха. – Такие черные, густые и блестящие! Но надо же, ужасный колтун, когда ты расчесывала их последний раз, дорогуша? Разве тут за тобой не следят?
Она говорила и расчесывала пальцами волосы Белоснежки.
– Позволь мне только вычесать колтун этим красивым гребнем; он тебе нравится, не правда ли? Я это вижу, иди сюда, дорогая…
Белоснежка послушно наклонила голову, и старуха с такой злобой вонзила гребень ей в волосы, что бедняжка упада наземь, даже не вскрикнув.
– С тобой покончено, барышня! Посмотрим, какой милой ты будешь, когда начнешь разлагаться, – прошипела королева и заторопилась прочь, пока гномы не вернулись домой.
К счастью, вечер уже почти наступил, и вскоре после того, как злая королева оставила Белоснежку лежать на полу, гномы вернулись домой и нашли ее.
– Белоснежка! Что случилось?
– Она дышит?
– Это снова злая королева.
– Что это у нее в волосах?
– Вытащи его скорее.
– Берегись, он, наверное, отравлен!
– Осторожно… осторожно…
Они обернули гребень платком и тихонько вытащили его, и почти сразу же Белоснежка вздохнула и открыла глаза.
– Ах, гномики, я такая глупая! Она выглядела совсем по-другому, чем раньше, и я подумала, что все будет в порядке…
Гномы сказали Белоснежке, что все будет в порядке, если она не будет терять голову и делать то, что они ей говорят. Она не должна открывать дверь
Королева поспешила назад, сбросила с себя чужую личину, встала перед волшебным зеркалом и спросила:
И отвечало ей зеркальце:
Эти слова заставили королеву пошатнуться и опереться о стену. Кровь отхлынула от ее лица, и сделалось оно грязно-белым с желто-зелеными пятнами. Затем она выпрямилась во весь рост, и из глаз ее посыпались искры.
– Белоснежка должна умереть! – закричала она.
Она удалилась в свои тайные покои и заперла за собой дверь. Никому не разрешалось входить туда, даже слугам. Там при помощи книги заклинаний и нескольких маленьких темных бутылочек она создала ядовитое яблоко. С одной стороны оно было белым, а с другой – румяным; каждый, взглянув на него, сразу захотел бы от него откусить, но, проглотив даже самый маленький кусочек, сразу упал бы замертво.
В третий раз королева поменяла свою личину, положила яблоко в карман и отправилась к избушке гномов.
Постучалась она в дверь, и Белоснежка выглянула в окошко.
– Я не могу никого впустить, – сказала она. – Мне нельзя.
– Все в порядке, дорогуша, – отвечала ей королева, которая на этот раз была похожа на старую крестьянку. – Я просто хотела спросить, не желаешь ли ты яблочка? У меня такой в этом году урожай уродился, не знаю, что со всем этим делать.
– Нет, я не могу ничего взять, – сказала Белоснежка.
– Ах, какая жалость, – молвила старуха. – Кстати, они такие вкусные. Глянь, я откушу кусочек, если ты чего опасаешься.
Она так хитро изготовила яблоко, что только его красная половина была отравленной. Сама она, конечно же, откусила от белой половины, а затем протянула его Белоснежке.
Яблоко выглядело таким аппетитным, что бедняжка не смогла удержаться. Она высунулась из окна, взяла яблоко и надкусила с красной стороны. Она даже не успела проглотить кусочек, как упала замертво.
Злая королева заглянула в окошко, увидела, что Белоснежка лежит на полу, и громко рассмеялась.
– Белая, как снег, румяная, как кровь, и черноволосая, как черное дерево! А сейчас мертва так, что мертвее не бывает! На этот раз эти маленькие обезьяны не смогут тебя разбудить.
Оказавшись снова у себя в покоях, она спросила зеркало:
И отвечало ей зеркальце:
Из груди королевы вырвался глубокий и радостный вздох удовлетворения. И на душе у нее наступил покой, если завистливое сердце вообще может когда-нибудь успокоиться.
Гномы, вечером вернувшись домой, нашли Белоснежку распростертой на полу, застывшей и неподвижной. Она не дышала, ее глаза были закрыты, она вообще не шевелилась. Белоснежка была мертва. Гномы поискали вокруг то, что могло убить ее, и ничего не нашли. Они расшнуровали платье, чтобы она могла дышать, осмотрели ее волосы в поисках отравленного гребня, согрели ее у очага, капнули чуть-чуть бренди ей на губы, уложили ее в кровать, а потом усадили на стул, но ничего не помогало.
