– Куда ж понятней-то!.. – согласилось Горе. – На дорожку-то может закажешь желание? А то что-то мне ясно как-то чувствуется, что совсем нам недолго осталось бродить с тобой по этому свету!...
– Желание? – переспросил у Горя солдат. – А и верно ведь. Знаешь что? Ты мне дай отнести соль домой. Я всё нашим отдам, чтобы им-то хоть не горевать зря пресной жизнью, а уж там мы с тобой со спокойной душой и с неограниченным временем потягаемся.
Согласилось на это Горе вполне – Горю лишний момент не в убыток, и пошли они соль относить. Вот идут через лес, через полянки, через поле чистое. Вдруг навстречу им путник отрёпанный. С виду добрый вполне человек, только пыльный уж очень, видно в дороге уже совсем не один день. Завидел солдата с Горем, остановился, поклонился слегка и говорит:
– Всем вам здравия, люди добрые!
Поздоровался солдат с путником, Горе за ухом лапой почесало и смотрит внимательно.
– А позвольте спросить, люди добрые, если вам не накладно ответить мне – кто вы есть и куда путь свой держите? – говорит тогда путник им. – Может я чем смогу вам помочь, а быть может и вовсе нам в одну сторону…
– Я – солдат, – отвечает солдат. – А со мной это Горе моё настоящее, а в дальнейшем моё это Счастье.
– Солдат, не хами… – попросило Горе.
– Хорошо, – отвечает солдат. – А идём мы с ним соль относить, петушки-леденцы детям малым. Но это нам путь не путь. Это так только малый попуточек. А поспорили с Горем моим мы о деле нашем, о внутреннем, и каждый идёт теперь своего счастья искать.
– Э, ребята, – говорит тогда путник им. – А ведь мне с вами совсем по дороге. Вы возьмите меня хоть на часть пути!
– Отчего же не взять! – говорит солдат. – Счастье искать дело верное, будь с нами. Тебя как зовут?
Поклонился им путник, порадовался, что идти ему дальше в компании и им всё про себя объяснил. «Самый несведущий везде человек – это я», говорит, «А зовут меня попросту – Знай».
– Погоди, – говорит солдат. – Ты определись. Либо – Знай, либо – самый несведущий. Ведь не может такого же вместе быть?
– Как раз тот случай, – пояснил ему путник. – Я знаю только, что ничего не знаю.
– И больше совсем ничего? – удивился солдат.
– Ничего! – подтвердил Знай. – Подсказать, правда, бывает могу… В тех подсказках ума ни на грош один, но с чего-то всё людям сгождаются. А я сам ищу ближний край земли.. Говорят, там встречали истину вечную, а может покой нездешний, или ещё что нужное можно найти. Верно не верно, а посмотреть по любому найду-посмотрю.
Так и пошли они дальше втроём – Знай, солдат и Горюшко-горькое. Вот подходят втроём к деревеньке в лесу. Лес стоит, охраняет деревеньку, чисто поле со всех сторон опоясывает. Вышли в поле из лесу они, а уж вдали деревеньку видать.
– Это вот и есть деревенька моя, – говорит солдат.
Только смотрят они – над деревенькою дым высоким столбом подымается. Узок столб, а до неба почти и чёрен, как ночь.
– Ну и что? – остановился солдат и говорит. – Я же просил тебя, Горе ты моё луковое. Ну почто деревеньку тревожить-то?
– Сам ты «луковое»!.. – обиделось Горе слегка. – Никто твою деревеньку не трогал. Это Летун.
– Кто? – не понял солдат.
– Поясняю – Летун, – ему Горе. – Дымолёт организовал. Мало того, что амбар сжёг, так ещё умудрило его самого оземь малость не с семи саженей!..
– Летун, значит… Тогда извини! – понял солдат. – Во даёт!
И для Зная уже пояснил:
– Это наш лётный мастер чудит! Так-то он кузнецом пробирается – но по лётному делу мастак! В прошлый раз баня в щепки пошла… Ничего. Зато баня у нас теперь новая.
– Прогрессирует? – уточнил только Знай.
– Ещё как! – подтвердил мысль солдат. – В прошлый раз только с трёх саженей ухнулся, теперь, значит, с семи… Нам его бы с собой – нам бы сама жизнь была не в расстояние! Ну да у него обычно дела…
– Ничего, – сказал Знай, – Он догонит потом, по пути. Относи свою соль.
Дом солдата стоял на краю. Вот солдат по деревне разнёс, что добыл; Знай же с Горем в дому его дожидались. Знай смотрел в стену всё и непонятно, что мог видеть там, а Горе готовилось – Горе думало горькую думушку…
Пораздал всё в деревне солдат. Вернулся, ногу хромую приладил-поправил. «Всё! Готов», говорит. «Раз готов – так пошли», говорит ему Горе-горькое, «я как раз тебе жизнь покажу. Правильную. Порадуешься. Теперь прямо пойдём, куда глаза глядят, а там дальше дорогу уж покажу, если понадобится».
Вышли они за околицу деревни, чисто поле прошли, зашли в лес. И немногого-то не прошли, а навстречу им три разбойника. На дороге стоят, ухмыляются.
– Началось, – предупредило Горе с ехидною. – Отбивайся теперь. Твой ход, солдат…
– Спору нет! – отвечает солдат. – Ну что, доброе утро, ребятушки!
– Чего? – говорят тогда злы разбойники.
Посмотрел на них солдат, видит – народ не больно догадливый, не стал тогда прямо их обижать, а сперва стал со Знаем советоваться:
– Знай, как мыслишь – нам хватит троих?
– И не знаю, – отвечает задумчиво Знай. – Если только мне два!
– Чего два? – оторопели разбойники. Но мозгами вращать начинают уж.
