— Ну да, борода, а что такого? У меня седая, а в сказке, вишь ты, была синяя. Может, экология такая, а может, он её просто красил, почему нет? Некоторые мужики седину в бороде закрашивают, хотя беса в ребро это отнюдь не отменяет, наоборот. В общем, жил да был некий мужик с синей бородой. Богатый вдовец со своим собственным замком, нестарый ещё, в общем, вполне завидная партия. Репутация у него, правда, была не ахти: мрачный типочек, чем занимается, непонятно, откуда деньги, неизвестно, харизма отрицательная, да и на рожу, небось, не красавец, хоть и бороду выкрасил. Однако же в одном небогатом семействе неподалёку решили, что чёрт с ней, с репутацией. Ну, то есть не все решили, а два брата, отставные вояки, у которых всего актива мушкет на стене и младшая сестра на выданье. Захотевши поправить материальное положение семьи, они рассудили, что мушкет им ещё пригодится, а сестру можно использовать в качестве матримониальной инвестиции. Хотелось ли самой девушке замуж за синебородого пожилого мужика, никто, разумеется, не спрашивал. «Ты, мол, только разведай, где он денежки держит, — наставляли её братья, — с ключей копии сними, маршруты охраны выясни, сторожевых собак прикорми и не забывай, что семья в жизни главное, а твоя семья — это мы».
То ли девица была собой хороша, то ли бес, который в ребро, силён, но вскоре дело сладилось: выдали братья сестру за синебородого. Вошла она в замок полноценной супругой, и очень ей это дело понравилось. Ну да, муж жутковатый: борода синяя, рожа мрачная, характер сложный. Зато если раньше она двух братьев-придурков кормила-поила-обстирывала будучи, по сути, при них служанкой, то теперь стала госпожа, с полным пансионом. Чего не жить-то? И зажила себе. Скучновато, может быть, слегка, потому как синебородый по балам и раутам не ходок, но зато сытно и спокойно. И всё бы ничего, вот только братья покою не дают, всё настойчивее напоминая, что их интерес в этой сделке пока не закрыт. «Ты, — говорят, — сестрица, совсем чот про нас забыла. Сама в парче, а мы последний хрен без соли доедаем. Мы тебе семья или в карман насрано? Давай, пора твоего синебородца слегонца раскулачить уже. Пусть поделится нетрудовым доходом с новыми родственниками! А если ты, дорогая наша сестра, решила сделать вид, что мы ни о чём таком не договаривались, так мы твоего супруга сами просветить можем. У нас все ходы записаны!»
Маялась девица, маялась, но потом всё же решилась. Видимо, хорошо знала братьев, понимала, что не отстанут. И уж лучше имитировать ограбление, чтобы они утащили часть, чем быть дискредитированной в глазах мужа и лишиться всего. Он, по всему видать, мужик суровый, может обидеться и за шкирку за ворота выкинуть. И что тогда? Обратно к братьям, портки им стирать? Неохота как-то. И тут как раз подворачивается оказия — Синяя Борода собрался куда-то по своим синебородатым делам. «Я, — говорит, — дражайшая супруга, отбуду в краткосрочную командировку по делам бизнеса. Денежки-то не сами собой в доме заводятся, понимать надо. Тебе оказываю полнейшее доверие, вот тебе ключи от всех комнат, коды от всех сейфов, пароли от всех счетов, но есть одна дверь в подвале… В общем, ключ от неё на связке, но ты туда не ходи». «Это ещё почему, супруг мой?» «А нипочему. Не ходи, и всё. Я запрещаю». И свалил. Ну, ты понимаешь, какая подстава? Если бы он про эту дверь ничего не сказал или, к примеру, ключ с собой увёз, то и вопроса бы не возникло. Ну, дверь. Ну, заперта. Подумаешь, может, там мусор какой свален. А вот так специально упомянуть, без объяснений запретить, но ключ оставить — это уже конкретная провокация. Разумеется, девчонка ни о чём, кроме этой дверки, и думать не могла. Что ей комнаты с мебелью, шкафы с тряпками, шкатулки с цацками, сундуки с золотом, сейфы с облигациями и счета на Каймановых островах, когда тут, под самым носом, ТАЙНА!!! И как назло ещё братья вокруг замка бродят, рожи издали корчат и на часы показывают: когда, мол, обносить-то будем собственника?
В общем, дрогнуло девичье сердечко, не вынесло проклятой неопределённости. Пошла в подвал, вставила ключ в замок, повернула и вошла…
