Дарина радостно захлопала в ладоши, отдаленно напомнив Вадиму ту самую мавку… Но он поспешил выбросить её из головы. Всю дорогу до его дома, они разговаривали, но не о ведьме, а просто так. Дарина рассказывала, как она обычно день проводит, хвасталась, как ей удалось уже который раз незаметно со двора своего выбраться, ведь Казимир не любит, когда его дочь разгуливает по деревне. Вадим предпочитал слушать её болтовню и не перебивать. Так и дошли они до его дома.
– Вот где ты живешь, – Дарина обвела домик заинтересованным взглядом, пытаясь запомнить каждую мелочь. – Тогда я завтра приду! Как солнце встанет! Только обещай, что не уйдешь без меня!
– Хорошо, – бездумно пожал плечами Вадим.
И вновь он получил прощальный поцелуй в щеку, но в этот раз он продлился немного дольше. Дарина махнула ему рукой на прощание и весело поскакала в сторону своего поместья. На фоне жилища Вадима её терем и правда был огромным поместьем или даже замком. Он немного постоял у плетени, пока Дарина не скрылась за поворотом, тяжело вздохнул и пошел в дом. Он бы предпочёл провести ночь где-то ещё, но ведьма почему-то очень настоятельно загоняла его домой.
Сегодня все уже оказались дома и явно что-то обсуждали, пока Вадим не вошел. На лице матери застыл страх, отец сердился, Мила выглядела обиженной, Олеся смотрела с любопытством, а Есения была готова заплакать.
– Явился, – первым молчание нарушил отец.
– Ну, раз ты меня видишь, – Вадим развел руками.
Несколько дней назад он и представить себе не мог, что ответит подобным образом, но сейчас внутри появилась уверенность в том, что Стоян ему больше ничего не сделает. Это доставляло какое-то странное, неправильное, даже больное удовольствие – разговаривать с отцом настолько дерзко.
– И где же ты был? – Стоян скрестил на груди руки, будто пытался удержать сам себя.
Вадима это позабавило, так что он не смог сдержать усмешку.
– То тут, то там, – Вадим ощутил прилив смелости, который подталкивал его на такие ответы.
А чего ему бояться? Того, что отец ударит? Стоян и сам после смерти Мокши боится перестараться в воспитании сына, а Вадим за это время успел и от волка побегать, и от мавки чуть не умер, не говоря о том, что каждый день рядом была Тихомира, которая опаснее всех их вместе взятых.
– Вадим… Скажи правду… – тихо посоветовала мать, сминая руками свой старый передник.
Вадим нахмурился. И какую же правду они от него хотят услышать? Неужели Казимир всё же рассказал отцу про ведьму? Нет, он же ей обещал. Наверное.
– Я сказал, – отрезал паренек.
Нет уж, он сам никогда и ни за что не признается отцу в том, что ходит к ведьме. Он прекрасно знает, что Стояну это не понравится, но дело уже даже не в этом. Нет смысла уже признаваться! Осталось всего две сказки, да и выбора у Вадима нет! Его затошнило от одной мысли о том, что придется оправдываться перед отцом, долго всё объяснять, а он не поймет. У него своя правда. Всегда.
– Я сегодня с Миколой разговаривал, – Стоян сверлил Вадима взглядом. – Казимир рассказал ему, что ты вместе с ведьмой был. А твоя матушка с Ярославой общалась, и та сообщила, что ты для ведьмы овощей покупал у неё.
– И что? Вы теперь будете всех и каждого слушать? Люди много чего говорят, – возразил Вадим.
На самом деле он напрягся. Он боялся, что однажды ему придется разговаривать с отцом об этом. Не мог же он вечно игнорировать все странности, произошедшие с Вадимом. А ещё парнишку разозлило то, что Тихомира не воспользовалась своей магией! Она же делала так! Почему не сейчас? Разве ей самой не было выгодно защищать его? Разве она не в курсе, что отец просто может запереть Вадима в сарае с животными и не дать ему прийти к ведьме?
– А ты скажешь, что они соврали?! – Стоян не удержался и ударил кулаком по столу от злости. – Ладно Ярослава языком чесать любит, но староста… Он врать не будет!
– Так тебе же Микола рассказал, а не староста, – Вадим возразил. – Может, он и не виделся со старостой то, а ты ему поверил. Может, он просто поиздеваться над тобой хотел? Хотел снова своих сыновей на моём фоне лучше сделать, чтобы ты ему завидовал.
– Вадим… Что ты говоришь такое… – испуганно охнула Любица.
– На одном языке разговариваем, матушка, понимать должны, – ответил ей сын.
– Ты как с матерью разговариваешь! – теперь Стоян вовсе вскочил на ноги от злости.
Но и Вадима недоверие родителей рассердило.
– А вам не стыдно верить каждому встречному, а своему сыну родному нет?! – парировал он.
– А с чего тебе верить, когда ты врёшь нам каждый день! – рявкнул отец. – Соседи о том, где ты шатаешься побольше нашего знают! Мы только от них о тебе и слышим постоянно! От работы отлыниваешь! Дома появляешься только к вечеру! Будто мы с матерью тебя кормить обязаны просто так! А теперь ещё и огрызаешься!
Стоян уже давно достиг той точки, когда его чаша терпения переполнилась, а теперь он намеревался вылить всё её содержимое на сына.