Вадим опустился на колени перед пнём с поганками и принялся рвать их и складывать в корзину. С каждым сорванным грибом, Вадим осознавал, что в деревню ему вообще не желательно возвращаться. Что же тогда ему сделать? Может, как и Бажен, пожелает себе коня? Хоть какого-то, не обязательно красивого и здорового. Уедет куда-нибудь далеко, а потом… Что потом? Он ничего не умеет делать, от него никакой пользы, так что работу найти нигде не сможет. Не сможет и в дружину устроится – слишком он слаб, такого как он туда не возьмут. Вадим отправился за следующим грибом, зачем-то вспоминая вчерашнюю сказку. Зачем он вообще родился на этот свет? Его тут и быть не должно. Не было бы его, тогда и Мила была бы жива. Вадим остановился на краю крутого оврага и заглянул вниз. Трудно было сказать растут ли там грибы внизу, а безопасного спуска нигде не было. Вадим схватился за ближайшее дерево и слегка нагнулся над краем оврага. Не для того, чтобы лучше увидеть, что там. Нет. Он сделал это просто так. Свернет ли он шею, если упадет отсюда? А ведь если подумать хорошенько, то их с Милой наверняка сейчас ищут. Ладно он домой не вернулся, но ведь и она тоже!
Вадим завис над обрывом, представляя то, как тревожится мать, как отец проходит по деревне, как все начинают поиски. Интересно, а что Дарина сказала своему отцу? Она ведь за ним побежала. Соврала что-то? Или правду сказала? Расскажет ли она остальным, что случилось? А если расскажет, то поймут ли они, что Вадим Милу к ведьме понёс? Голова от потока новых вопросов кругом пошла. Он всё больше и больше убеждался, что в деревню ему лучше не возвращаться, но как теперь жить дальше? Он не представлял. Пальцы вот-вот были готовы разжаться и отпустить дерево, помогающее ему зависнуть над оврагом…
– Вернулся уже? – Тихомира приятно удивилась.
Она сидела на пороге дома и перебирала травы, пока рядом с ней крутился черный котёнок. На этот раз он на Вадима не зашипел и даже не попытался убежать, а продолжил скакать неподалеку в попытках поймать жука. Тихомира заглянула в корзинку, которую Вадим поставил перед ней.
– Много собрал, – наверное, это была похвала с её стороны.
Вадим лишь кивнул, не зная должен ли он вообще хоть что-то говорить сейчас. Ему было не по себе. Не то чтобы плохо, но внутри всё сжималось, а голова казалась неимоверно тяжелой. Он почти уже готов был упасть вниз с оврага, но что-то потянуло его назад. Наверное, договор с Тихомирой. Пока он не освободится от него – ничего не получится с собой сделать. С другой стороны умирать ему не очень-то и хотелось. Слишком уж он труслив для такого поступка.
– Теперь мне надо крапивы собрать, – Тихомира поднялась с места и пошла к сараю, поманив за собой и Вадима.
Он бросил взгляд на входную дверь в дом, осознавая, что тело его сестры лежит там. Так это было дико и неправильно, но ещё более неправильным было бы оставить её под деревом.
– Держи вот серп и перчатки, – ведьма протянула нужные предметы. – Крапива вон там растет, а как срежешь, так тащи её к порогу, будем веники потом связывать.
Она отправилась заниматься своим делом, а Вадима уже даже и не интересовало зачем он это делает. Юноша бросил перчатки назад в сарай и взял только серп. Крапива была сочная, толстая выше его ростом на целую голову, но Вадима это не пугало. Наверное, сейчас его бы и волк-оборотень не напугал бы. Он присел на корточки, ухватил сразу несколько стеблей и срезал их под корень, обжигая ладони. Он работал так, что крапива хлестала его и по лицу, и по спине, прожигая даже сквозь рубаху, но его это не волновало. Хотелось просто закончить. Собрав целый сноп крапивы, Вадим собрал её в охапку и потащил к порогу, как Тихомира и велела. Дико было осознавать, что он просто занимается какими-то делами, когда его сестра лежит мертвая в доме ведьмы.
– Закончил? Клади сюда, – Тихомира сначала кивнула перед собой, а только потом подняла на Вадима глаза. – Ба-а, ты чего же это так неаккуратно то?
Она встала, отложив своё занятие в сторону, подошла к Вадиму, взяла его за подбородок и принялась крутить лицо, рассматривая со всех сторон.
– Я готов дальше работать, – бесцветным голосом сказал Вадим, не сопротивляясь.
Пускай ведьма делает с ним что угодно. В конце концов, именно из-за неё он появился на свет. Наверное, было бы справедливо, если бы она и решила его дальнейшую судьбу. Вадим просто устал от всего, он не хотел уже даже думать. Тихомира перестала вертеть его, уставившись в глаза. Она почему-то нахмурилась, но в итоге лишь ласково похлопала по его щекам, отчего по всему телу пробежал приятный холодок, убирая жжение крапивы.
– Там в кладовой, где ты муку перекладывал, слева на второй полке снизу лежит веревка крепкая, – сказала Тихомира. – Принеси её сюда.