– Раз уж вы Есению искать собирались, давайте я вам помогу, – предложил спокойно Вадим, игнорируя гнев отца.
В доме воцарилась мертвая тишина. Стоян замер, Любица вцепилась ему в плечо и испуганно уставилась на незваного гостя, и только Олеся подала голос:
– Ты что с Есей сделал?!
Её смелостью можно было сейчас только восхититься, хоть она и была совсем не уместна. С одной стороны, хотелось поиздеваться над Стояном, но делать больно Любице и Олесе не было никакого смысла.
– Есения вошла в лес. А сегодня полнолуние, – резанул Вадим.
– В лес? Но зачем ей… – зашептала Любица. – Она же знает…
– А уже не важно зачем, – Вадим перевёл взгляд на мать. – Теперь ваша дочь оборотень. И она домой больше не вернётся.
– О-оборотень? – тихо переспросила Олеся.
Любица же просто уставилась на Вадима снизу вверх, открывая и закрывая рот. Стоян побледнел.
– Все жители деревни знают, что в лес нельзя ночью заходить, особенно когда полнолуние, – безжалостно продолжил Вадим.
– Нет, нет, нет, этого быть не может! – запричитала Любица. – Зачем бы ей в лес-то идти? Она же знает! Как и все знает!
Женщина на четвереньках подползла к Вадиму и схватила его за штаны. По щекам потекли слёзы, а взгляд был, как у голодной собаки. Никогда ещё Вадим не видел свою мать настолько жалкой.
– Вы же с Тихомирой магией владеете? Неужели нельзя ничего сделать? Расколдуйте её? Она же девочка маленькая! У неё вся жизнь впереди! – взмолилась Любица. – Я всё что хотите сделаю! Что угодно! Стоян! Тоже моли о прощении!
Мельник вздрогнул, но так ничего и не смог сказать, сидя на полу и уставившись в одну точку.
– Это вы разозлились, что он вас на всю деревню позорит, да? – продолжила рыдать Любица. – Так он слова больше злого не скажет! Хотите, я ему язык отрежу? Всё что угодно сделаю, только верните мне дочь.
Рыдая, женщина опустилась на пол, ухватившись уже за ботинок Вадима, как будто это могло ей помочь. Могло вытащить её из пучины отчаяния.
– Здесь уже ничего нельзя сделать, – холодным тоном ответил Вадим.
Происходящее его ни капли не тронуло.
– Зачем… Зачем же ты тогда пришёл?! – рявкнул Стоян, всё же поднимаясь на ноги снова. – Поиздеваться решил? Мало горя наша семья испытала! Так теперь ты и такую весть принёс! Сам небось и заколдовал мою дочь! На потеху себе и бабке твоей!
– А чем ты недоволен? – Вадим спокойно пожал плечами, не имея желания спорить с мельником. – Твоя дочь как-никак живая осталась. Монстром, правда, теперь всю жизнь будет. Но коли не нравится что, так давай я её сюда приведу? Знаешь, как оборотни сильно есть хотят? Сможешь утолить её голод? Ведь если она проголодается, тут же волком обратится и сожрёт вас всех, а то и половину деревни. Да даже если сможешь её прокормить, она с луной полной всё равно обернётся. Если б могли мы проклятие снять, поверь, оставил бы тебя без штанов последних! Всё отобрал бы! Да нет выхода другого для неё кроме смерти!
– Не убивайте её! – завыла Любица. – Пускай монстром будет, но пусть живёт! Неужели нельзя ей живой никак остаться?
– Можно, но вы её вряд ли увидите теперь, объясняю же, – Вадим чувствовал раздражение. – Я просто пришёл к вам, чтобы это сказать. Больше ни за чем. Всё же у вас ещё Олеся осталась. Может, хоть за ней уследить сможете.
Вадим развернулся и вышел, оставив рыдающую мать на полу. Не было абсолютно никакого смысла в этом разговоре. Единственное, что Вадим осознал – теперь ему наплевать на их судьбу. Это больше его не касается. Наверное, было бы лучше просто стереть им память, как Тихомира сделала ради него, но ведьма была права. Хватит жалеть кого попало.
Вадим пробирался по тёмному лесу, но домой идти не торопился. Нужно было ещё кое-что уладить. Он вышел на берег, где они с Тихомирой камни рунные изготавливают и собирают. Однако сейчас юноша пришёл не за камнями. Долго ждать не пришлось – камыши зашуршали, а из них осторожно выглянула Алёна и улыбнулась. Под светом луны её кожа была серой, как у мертвеца, коим она и являлась вообще-то.
– Вадим, – протянула девица, но подходить к нему не торопилась.
Она-то уж лучше всех помнила холодный и жестокий нрав юноши, когда он злился.
– Какими судьбами? – спросила она, убирая прядь мокрых волос за острое ушко. – Спросил у бабушки своей-то, что я советовала?
– Успеется ещё, – отмахнулся Вадим, не желая даже думать об этом сейчас. – Я к тебе вообще-то пришёл.
– Ко мне? – Алёна широко улыбнулась, весело сверкнув глазками. – Как приятно! Поплавать под луной решил?
Она выскользнула из камышей и сделала всего пару шагов, но в итоге остановилась, втягивая носом воздух. От Вадима сейчас сладко пахло кровью, но и полынь по пути он успел сорвать.
– Зачем же приходить ко мне так грубо, – Алёна сморщила носик в отвращении и жадно уставилась на замотанную руку Вадима. – Это так невежливо с твоей стороны…
Она принялась переминаться с ноги на ногу. Очень уж сладко пахла кровь юноши, но запах полыни мешал ей подойти ближе.
– Я хочу тебе кое-что подарить, – загадочно отозвался Вадим.
– Подарить? – глазки Алёны снова заблестели. – Что же? Что же? Покажи!