Какое-то время оба пришельца молчали — они явно выдерживали психологическую паузу. А затем один из гостей сказал:
— Значит, ты уже отправил письмо советскому послу?
— Да, — коротко произнес Кассаб.
— Письмо на арабском языке и с фотографиями, — сказал второй гость. — На которых в подробностях изображен процесс казни представителя советского посольства. Это так?
— Да, — ответил Кассаб, помолчал и спросил — в его голосе ощущалась почти детская наивность: — Но откуда вы это знаете?
— Мы знаем не только это, — усмехнулся первый гость. — Мы знаем гораздо больше. Мы знаем даже то, что еще не случилось. Но непременно случится благодаря твоему поступку.
— Я вас не понимаю, — теперь Кассаб говорил надменно. — Не надо изъясняться со мной загадками!
— А это никакая не загадка! — сказал второй гость, не переставая раскачиваться. — Это самая настоящая разгадка! Вот что печально.
— Я не понимаю, — повторил Кассаб.
— А вот мы сейчас все тебе растолкуем. — Второй гость закачался еще сильнее. — Со всеми подробностями.
— Кто тебе позволил убивать сотрудника советского посольства? — спросил первый гость. — И тем более отправлять послу фотографии?
— Мне не нужно ничье позволение! — резко ответил Кассаб. — Я сам решаю, что мне делать!
— Вот как! — насмешливо произнес первый гость. — Значит, ты решаешь сам? Ты стал самостоятельной фигурой! Давно ли?
На это Кассаб ничего не ответил, лишь горделиво вскинул голову.
— Кажется, у нас был договор, не так ли? — произнес первый гость. — Припоминается, мы оговорили в нем все возможные моменты и нюансы. Припоминаю также, что ты обещал ничего не предпринимать без согласования с нами. Было такое? Я правильно говорю?
— Здесь — моя земля и моя страна! — гордо сказал Кассаб. — И я сам буду решать, что мне делать и как поступать! А вы здесь — чужие! Не вам меня учить!
— Ты только глянь! — с искренним изумлением произнес второй гость и даже перестал раскачиваться. — Он заговорил лозунгами. Майк, как это тебе нравится?
— Да он, никак, метит в вожди ливанского народа! — насмешливо произнес гость, которого назвали Майком. — В президенты! В диктаторы! Боб, ты все понял? Он намерен стать вождем — на наши же деньги!
— Можете забрать ваши деньги, — сказал Кассаб. — И убирайтесь вместе с вашей помощью! Справлюсь и без вас!
— Вот как! — Изумлению Боба, казалось, не было границ. — Майк, ты, случайно, не знаешь, какая муха укусила нашего друга Кассаба? А ведь укусила, не иначе! Ведь до сей поры он казался вполне вменяемым и разумным человеком! Во всяком случае, понимал, кто здесь играет на саксофоне, а кто танцует под музыку. И вот на тебе… Опасная, должно быть, эта муха. А вдруг и нас с тобой она укусит! И что будет тогда?
Майк вдруг отбросил всю свою ироничность и уставился на Кассаба злым, внимательным взглядом. Смотрел он долго и пристально — так, что Кассаб в конце концов не выдержал его взгляда и отвернулся.
— Вот что я тебе скажу, друг мой Кассаб! — заговорил наконец Майк. — Не быть тебе вождем ливанского народа! Точно! Потому что ты — покойник! Ты пока этого не понимаешь, но скоро, думаю, поймешь. Ты — покойник. А покойники вождями не бывают. Вот так-то…
— Я вас не боюсь, — скривившись, ответил Кассаб.
— А мы тебя и не пугаем, — вступил в разговор Боб. — Мы тебе разъясняем. Возможно, ты и не поймешь наших разъяснений, ну да это уже твои проблемы. Но мы все равно попытаемся тебе растолковать…
— Ты не должен был убивать сотрудника советского посольства, — сказал Майк. — Ни в коем случае! И тем более отсылать послу фотографии казни. Ты просто не понимаешь, что ты натворил!
— Мне не понравилось их ответное письмо, — угрюмо произнес Кассаб. — Мне показалось, что они решили меня обмануть. Выиграть время. И я решил их поторопить. Я решил им объяснить, что со мной играть не нужно. Думаю, теперь они будут сговорчивее.
— Дурак! — скривился Майк. — Какой же ты дурак!
— Я не привык… — начал было Кассаб, но Майк его перебил:
— А нам плевать, к чему ты привык! Сказано тебе — ты дурак! Потому что ты совершил непростительную глупость. Знаешь ли ты, что по международным законам означает убийство сотрудника иностранного посольства? Тем более — демонстративное убийство? Вижу, что не знаешь… Ну так я тебе растолкую. Это повод к войне, не больше и не меньше. К большой войне. С русскими!
— Здесь и без того идет война, — возразил Кассаб.
— Ну, это еще не война, — махнув рукой, насмешливо сказал Майк. — Вот если придут русские, тогда это будет настоящая война! А пока — это нечто вроде воскресного семейного пикника на лужайке! Ты знаешь, как умеют воевать русские? Ничего, узнаешь… Скоро они сюда придут.
— Думается, они уже пришли, — дополнил слова коллеги Боб. — Русские всегда приходят, если их обидеть. И очень часто они приходят неслышно и незаметно. Оттого мы и говорим, что ты — покойник, — Боб выразительно посмотрел на Кассаба.
— Я буду сражаться и с русскими! — резко произнес Кассаб. — Я не боюсь никого — ни вас, ни русских!
