Это, конечно, если не считать нюансов. А нюансы, разумеется, присутствовали — куда же без них? Но и они, если разобраться, играли спецназовцам на руку. В Бейруте имеется резидентура КГБ. Она, разумеется, предприняла некоторые усилия для того, чтобы помочь похищенным людям. Даже разработала некий план их спасения. В чем именно заключался этот план, того спецназовцы покамест не знали. Но и это не беда — во все тонкости их обещали посвятить на месте, когда они прибудут в Бейрут. И все, что оставалось спецназовцам, — это реализовать разработанный план. То есть вызволить несчастных людей из лап террористов.
— Только и того-то? — хмыкнул капитан Лепилин. — Действительно, загородная прогулка. Это мы мигом…
Незнакомый полковник, вводивший спецназовцев в курс дела, с недоумением и даже некоторым сомнением глянул на Лепилина. Богданов правильно прочитал взгляд полковника.
— Это он так шутит, — пояснил Богданов. — Так сказать, настраивается на творческий лад. Так что не беспокойтесь.
— Постараюсь, — хмыкнул полковник.
— У нас имеются уточняющие вопросы, — сказал Богданов.
— Я вас слушаю, — сказал полковник.
— Что известно о террористах, похитивших людей? — спросил Богданов. — В частности, какие именно требования они выдвигают?
— Требований два, — ответил полковник. — Во-первых, закрыть советское посольство в Бейруте. А это, как вы понимаете, означает прекратить всяческие дипломатические отношения с Ливаном. И во‑вторых, надавить на Сирию, чтобы она вывела свои войска из Ливана.
— Однако! — присвистнул Лепилин. — Требования-то вовсе даже не разбойничьи! Никакого тебе выкупа и всего прочего, что полагается требовать разбойникам! Сплошная высокая политика!
— В том-то и дело, — подтвердил полковник. — Ситуация по-своему нестандартная. Беспрецедентная.
— Ну если требования — политические, то это означает, что за спиной похитителей маячит какая-то серьезная политическая сила, — сказал Дубко. — Я, кажется, догадываюсь даже, что это за сила.
— О том же самом говорит и наша резидентура в Бейруте, — сказал полковник. — Похоже, наши заклятые друзья на Западе решили сыграть против нас игру по своим собственным правилам. В нарушение общепринятых законов. А та террористическая организация, которая похитила людей, всего лишь орудие в этой игре.
— Что известно о террористах? — спросил Богданов.
— Это довольно-таки известная в Ливане структура, — сказал полковник. — Называется «Орлы пустыни». Главарь у них некто Кассаб. Скорее всего, это кличка, а не настоящее его имя. Означает «кормилец». Базируется организация неподалеку от Бейрута и, похоже, чувствует себя там вполне уверенно. По непонятным нам причинам ливанские власти мирятся с ее присутствием. Хотя, казалось бы, просто-таки обязаны ликвидировать ее. Но терпят… И это наталкивает на некие размышления.
— Понятно даже, на какие, — сказал Дубко. — Может, они и рады были бы сковырнуть этого Кормильца, но не хватает силенок. Или правительство связано какими-то обещаниями на этот счет.
— Или запугано, — подсказал Сергей Бессонов. — И, между прочим, если оно запугано, то очень даже понятно кем.
— Что известно о самом Кассабе? — спросил Богданов.
— В общем и целом немного, — ответил полковник. — И все потому, что личность он маловыразительная. Такой же, как и прочие вожди и атаманы — а их сейчас в Ливане немало. Скрытен, жесток, любит деньги. Кажется, падок на женщин. В общем, все.
— Да уж, портрет довольно-таки красноречив, — насмешливо произнес Лепилин. — И притом знакомый нам до ужаса! Приходилось нам иметь дело с такими персонажами.
— Что ж, — подвел итог разговора Богданов. — Из всего, что мы узнали, следует, что нам придется полагаться лишь на себя. Словом, как обычно. Да оно и лучше — никто не ударит в спину.
— Могу я чем-то вам помочь? — спросил полковник.
— Можете, — ответил Богданов. — Мы отправляемся в Ливан. Ливан — восточная страна. А вот внешности у всех у нас — прямо сказать, совсем не восточные. А вдруг придется выдавать себя за местных жителей? Как можно замаскироваться на Востоке под арабов с нашими саратовскими физиономиями? А отсюда просьба. Нет ли у вас толковых людей с типично восточной внешностью? Я, разумеется, имею в виду спецназовцев. Думаю, хватило бы двух человек.
— Найдутся, — усмехнулся полковник. — Предусмотрен такой пассаж.
— Ну так предоставьте, — сказал Богданов. — И как можно скорее. Дело-то безотлагательное, сами понимаете.
Полковник кивнул и вышел из кабинета. Вскоре он вернулся и сказал:
— Все в порядке. Через полчаса нужные вам люди будут здесь. А пока я введу вас в курс дела, как вы будете добираться до места. То есть до Бейрута.
— Лейтенант Илларион Папишвили, — представился первый спецназовец.
— Лейтенант Казбек Аджоев, — назвался второй спецназовец.
Богданов критически оглядел обоих. То же самое сделали и его подчиненные. Опытный спецназовец многое может определить с первого взгляда: храбрый или трусливый перед ним человек, насколько он умен, понимает ли что-нибудь в деле, которым он должен будет заняться, можно ли на этого человека полагаться в критических ситуациях…
