Солнце поднималось всё выше. Дюйм за дюймом, прорисованное тенями древо исчезало, его было всё труднее различить. Люинь и Анка молчали и не отрывали глаз от немыслимого зрелища. В последнюю минуту, когда картина вот-вот должна была исчезнуть окончательно, Люинь указала в сторону склона кратера и прокричала:
– Смотри! Там инициалы!
Внизу, ближе к днищу кратера, на склоне были начертаны две гигантские буквы – «G» и «S».
– Мой дед, – пробормотала Люинь.
– Думаешь, он…
– Да, наверняка это он!
– А это имеет смысл. Он же был пилотом, так что мог вытесать всё это, находясь внутри своего корабля.
– А яблоко помнишь? – спросила Люинь.
Анка кивнул:
– Думаешь, это мемориал?
– Возможно. – Сердце Люинь забилось чаще. – Но мне только что пришла в голову еще одна мысль.
– Скажи.
– Ночью мы с тобой говорили про Марс и Землю, – сказала Люинь. – Быть может, два этих мира подобны двум яблокам. Ни та ни другая планета не является стадией эволюции по отношению друг к другу, но обе – плоды одного древа. Они висят на разных ветвях, но произошли от одного корня.
– Планеты – это яблоки, – пробормотал Анка.
Они стояли на уступе и смотрели на склон кратера до тех пор, пока солнце не поднялось высоко и не залило всю гористую чашу светом. Но картина на склоне запечатлелась в сознании Люинь и Анки.
Люинь вспомнила о многом. Всплыли какие-то фразы, что таились в ее сердце. Она не могла понять, почему ее память внезапно пробудилась в эти последние несколько дней. Казалось, когда-то эти строчки запечатлелись в ее сознании, легли в него, как зерна, как только она их прочла, а потом дожидались этого дня, чтобы прорасти и расцвести. Этим утром они были похожи на слезы из печальных глаз, текущие так искренне и безудержно. Люинь снова начала цитировать:
Liйs а nos frиres par un. [26]
Она говорила о братстве альпинистов, о том, как они смотрят на одну и ту же вершину, будучи связанными одной веревкой, о вечной любви тех, кто стремится к одной цели.
Анка пристально посмотрел на нее:
– Это из той же книги, которую ты цитировала ночью?
Люинь покачала головой:
– Нет, из другой. Это Сент-Экзюпери, «Ветер, песок и звезды».
– «Ветер, песок и звезды»?
– Да. «Ветер, песок и звезды».
Теперь, когда стало совсем светло, Анка и Люинь заново присоединили два аккумулятора к крыльям и разложили их перед входом в пещеру, чтобы хорошенько зарядить на новый день.
Анка включил радиосвязь. Вскоре Рунге спросил, как у них дела. Люинь посмотрела с уступа вниз и увидела, что старый буровой катер появляется из туннеля, где находился ночью. Покачиваясь из стороны в сторону, корабль направился в сторону ночного убежища Люинь и Анки. Он двигался не слишком ровно и довольно беспечно, нацелившись на место прямо под уступом возле пещеры.
В наушниках послышался голос Миры:
– Простите, что вам пришлось коротать ночь в голоде и холоде. Честно говоря, я даже боялся говорить вам, что у нас случилась еще одна пирушка. Был тыквенный пирог, и еще у нас были припасены несколько бутылок охлажденного «Джио». Полночи мы резались в картишки и слушали музыку. Кингсли, ну-ка, подскажи мне – а чем еще мы занимались?
– Ладно, ты не очень-то хвастайся, – усмехнулся Анка. – Удача, знаешь ли, штука зыбкая.
Рунге попросил Анку детально отчитаться о состоянии оборудования и экипировки. Когда корабль замер в воздухе под уступом, Анка и Люинь увидели небольшой люк шлюзовой камеры ближе к задней части обшивки, похожей на панцирь черепахи. Рунге выглянул из люка и помахал Люинь и Анке маленьким флажком, чтобы привлечь их внимание к двум длинным шестам, торчавшим на корме корабля.
– Видишь сеть, которую мы там разместили?
– Да, – ответил Анка.
– Слететь к ней сможете с собственным запасом энергии?
– Это будет трудновато.
– А спрыгнуть прямо в сеть сумеете?
Анка на глаз прикинул расстояние и размеры сети.
– Мне кажется, что сеть слишком мала и что до нее слишком далеко.
– Другие предложения есть?
– Есть. Через минуту я сброшу вниз аккумулятор. Смотри внимательно.
– Нет проблем.
– Осторожнее, – проговорил Анка смешливо. – Может быть, тебе стоило бы посадить Сорина за пульт управления.
– Опять ты мне не доверяешь, – со смехом отозвался Рунге.
Анка принялся за работу. Люинь наблюдала за ним, не зная, чем помочь. Со вчерашнего вечера она не слишком серьезно размышляла о спуске от пещеры, а теперь осознала, что это не так просто, как она думала. Вчера они взлетали с помощью пропеллеров, движимых сжатым воздухом. Теперь его запас почти иссяк. Не могли они и спрыгнуть, раскинув крылья. Пещера располагалась не так уж высоко, а уступ не был достаточно длинным для разбега.
