У меня еще достаточно энергии, чтобы разжечь внутреннее пламя. Превозмогая боль, я распаляю его, позволяя гореть так сильно и ярко, как никогда прежде. Такое ощущение, что при каждом вдохе я глотаю не воздух, а жидкий огонь. Но я не останавливаюсь. Останавливаться нельзя.
Падшая продолжает растворяться в моем теле. В голове словно ползают десяток-другой черных ядовитых змей.
Я вспоминаю о Сильвер и думаю о том, что еще не все потеряно. Да, несомненно, Серафима очень сильна, но я столько лет подавляла и скрывала свою сущность. Хватит с меня.
С яростными криками тянусь к самым недрам своего подсознания. Туда, докуда никогда раньше не добиралась, и вкладываю в него все свои оставшиеся силы.
Я взрываюсь. В какой-то момент мир для меня просто перестает существовать.
Я – пламя. Горящий уголек, который никогда не погаснет. Сила, которой мир еще никогда не видел.
Огонь пульсирующими волнами проходит через все мое тело, приятно потрескивая на кончиках пальцев. Я могу направить его куда захочу одной лишь силой мысли.
Что-то легкое, будто перышко, невесомо касается руки. На все, что решается напасть на меня, обрушаются огромные всплески энергии. Поворачиваю голову и вижу, как Легион приземляется на спину, а затем падает с платформы.
Сильвер стоит позади него с широко распахнутыми глазами и открытым ртом. Я настолько растворилась в своих силах, что больше не беспокоюсь о матери Торна. Просто радуюсь тому, что ее больше нет.
Расправляю крылья. Потоки энергии распространяются до самых кончиков перьев. Потрясающие ощущения.
Сквозь мою эйфорию до меня доносятся ужасные вопли. Настолько, что, кажется, барабанные перепонки сейчас лопнут. Я создаю пульсирующий огненный шар размером с футбольный мяч между ладонями и выбрасываю его к источнику раздражающего звука. Он летит в сторону сидячих мест стадиона, взрываясь золотисто-красным дождем при соприкосновении с чем-либо. Падшие и Отрекшиеся прячутся по углам.
Когда взрыв затихает, на трибунах ничком лежат два обугленных тела. Я улыбаюсь, осознавая тот факт, как легко смогла избавиться от этих двух тварей. Меня это радует.
Где-то внутри меня зарождается беспокойство из-за внезапно проснувшейся кровожадности, но я подавляю его. Они заслуживают участи и похуже. Каждый.
Сидевшие рядом с местом взрыва паникуют из-за того, что горит их одежда. Вскоре огонь переходит и на них самих. Трое несчастных бросаются за помощью, но их собратья-воины убегают куда глаза глядят, не особо желая помогать. В ушах снова звенят их жуткие крики, и я посылаю в их сторону несколько огненных шаров подряд, чтобы прекратить вопли. Так же, как и с первыми двумя, от них остаются лишь угольки.
– Ты убила ее! – выплевывает в меня Легион обвинение, которое я не собираюсь отрицать.
– И если бы я могла воскресить ее, чтобы убить второй раз, с радостью бы повторила.
Сильвер стоит за его спиной и пытается поймать его руку, пока тот не набросился на меня. Но он двигается очень быстро, девушке удается схватить лишь воздух перед собой.
С боевым кличем и невероятной сосредоточенностью Отрекшийся несется в мою сторону.
Стоя на месте, делаю взмах крыльями, прихлопывая его, как надоедливую муху. Монстр отлетает назад, пролетая через голову Сильв, и приземляется в кучу песка на арене.
Направляюсь в его сторону. В голове снова и снова, как заевшая пластинка, звучат слова Стила:
После исчезновения Серафимы и моего парада огненных шаров стадион превратился в театр хаоса. Некоторые Падшие и Отрекшиеся убегают, а кто-то, наоборот, прорывается через толпу. Жаждут попасть на арену, попутно убирая своих собратьев с дороги, чтобы бросить мне вызов. Сейчас самое лучшее время для побега, но внутри у меня бьется желание, которое просто невозможно игнорировать. С каждым ударом сердца в голове звучит:
Теперь я не просто хочу сбежать отсюда. Я хочу превратить Белое Королевство в пылающий ад. Хочу наблюдать за тем, как все здесь горит. До тех пор, пока последняя живущая здесь тварь не превратится в горстку пепла и рассеется на ветру.
Языки пламени, танцующие на моих пальцах, переходят на кисти рук и продолжают подниматься вверх по рукам. С каждым ударом пульса огонь распространяется все дальше. Потрясающие ощущения.
В моей голове быстро проносится какая-то мысль, заставляя меня остановиться на полпути. Ангелина.
Желание спасти девочку борется с моей только что проснувшейся жаждой смерти. На принятие решения о том, чего же я хочу больше, уходит несколько долгих секунд.
Хмыкнув себе под нос, отправляюсь на поиски. Когда наконец замечаю ее, стоящую на краю платформы и без кандалов на руках, в жилах стынет кровь. Хоть малышку уже давно вывели на арену, ее лицо я увидела только сейчас.
Бледные губы приоткрыты, обнажая зубы. Спереди виднеется два острых клыка. На кончиках пальцев – острые когти. Мертвенно-бледная кожа. Светлые волосы сальными прядями свисают с плеч и закрывают один ее глаз.
Она – Отрекшаяся. Они превратили невинное дитя в чудовище.
