Мне остается только с восхищением наблюдать за тем, как стоящий перед ним Отрекшийся на моих глазах превращается в горстку пепла.
Дюран опускает морду вниз и тут же бросается на следующего врага. Кто-то из монстров уносит ноги, кто-то продолжает стоять на месте. Они хватают и пытаются царапать его, пока тот сносит все на своем пути, двигаясь к своей цели. Без пары царапин не обошлось, но в целом пока счет явно в его пользу. Если бы я не знала всей ситуации, подумала бы даже, что он кайфует от того, что происходит.
На стадион обрушивается очередная волна воплей, как только бык сминает под собой одного из их побежденных товарищей. Внутренности Отрекшегося растекаются по земле стадиона, а Стил переходит к новой жертве.
Один из охранников пытается подкрасться к нему со спины. Но даже в теле такого громадного животного рефлексы и реакция Дюрана прекрасно отточены и беспощадны. Одним рывком головы он пронзает рогом живот соперника, сбивая его с ног. Еще один рывок – и монстр отправляется в свободный полет. Он врезается в бортик арены и падает на землю. Вряд ли окончательно сдох. Но хотя бы обезврежен на какое-то время.
Почему вообще Стил никогда не превращался в эту невероятную форму раньше? Сейчас Отрекшиеся кажутся ему лишь мелкими букашками, и он с легкостью обезвреживает их одного за другим. Те едва успевают что-то ему сделать.
Когда, наконец, все чудища на арене либо повержены, либо отправлены в нокаут, тело быка скрывается в очередной вспышке света, и он превращается в орла. Одним мощным взмахом крыльев он взмывает в небо и летит прямиком ко мне.
Впервые за этот долгий день в душе у меня появляется надежда. Надежда на то, что мы выберемся отсюда живыми.
Пора дать волю энергии, которую я так долго держала внутри. Несколько быстрых рывков – и я наконец-то вырываюсь из рук приставленной ко мне нечисти. Чтобы нанести удары по особенно чувствительным частям их тел и вырваться на свободу, требуется всего несколько секунд.
Я уже готова прыгнуть с края, как только Стил подлетит к балкону, где мы находимся. Я не сомневаюсь в том, что он поймает меня и мы оба уберемся подальше от этого кошмара. Купол стадиона сотрясается из-за взмахов огромных орлиных крыльев и вытесняемого ими воздуха.
Нет времени на восхищение. Нужно убираться отсюда, и немедленно. Когда я разбегаюсь и бросаюсь вниз, мышцы горят.
Дюран подлетает ко мне сзади, и его когти хватаются за мои предплечья. Птица пикирует вниз, чтобы смягчить мое падение. То, что могло оказаться резким инертным падением, оказывается плавным движением в сторону. Я повисаю как тряпичная куколка в таких «объятиях», но если нужно потерпеть нечто подобное ради побега, то ничего страшного.
Два мощных взмаха крыльями, и мы улетаем от балкона. Набираем высоту и поворачиваем влево. Отрекшиеся и Падшие, сидящие на трибунах, становятся лишь размытыми пятнами.
Мы скоро выберемся.
Одно из крыльев птицы обвивает огненный хлыст, и из его клюва вырывается громкий хрипловатый вскрик.
Мы наклоняемся и теряем высоту. Траектория полета меняется, и мы снова падаем на территорию стадиона.
Земля стремительно приближается. Стил изгибается, приняв на себя основную силу удара. Он выпускает меня из когтей, я падаю и качусь чуть вперед по песку.
Грубые руки тянут меня вверх, и я, покачиваясь, встаю на ноги. Немного не рассчитав с ростом напавшей на меня Падшей, бью ее в глотку, а не туда, куда планировала. Но это даже хорошо, потому что она падает на землю, схватившись за свое поврежденное место и пытаясь отдышаться.
Сила буквально кипит в моих венах, но я не могу высвободить ее из-за дурацкого браслета, который нацепила на меня Серафима. Огонь растекается от позвоночника по всей спине, которая болезненно напрягается. Ощущения очень похожи на те, что я испытала при первом превращении. Теперь даже прохлада духовного камня не справляется с огнем внутри меня.
Еще не успев осознать, что происходит, падаю на одно колено. Голову разрывает боль, полностью заглушая происходящее в спектральном мире.
Пытаясь справиться с приступом внезапной мигрени, заставляю себя открыть глаза в поисках Стила. Он слева от меня, вернулся в свой обычный облик и сражается с несколькими Отрекшимися, полагаясь только на свои кулаки. Удары очень вялые, и в цель он не попадает. С одной стороны его рубашка прожжена, а на плече виднеется ожог. Всего пара секунд, и атака врагов сбивает его с ног.
Вскочив, я тут же бегу в его сторону, пока один из Отрекшихся связывает его руки за спиной и толкает в сторону красной платформы в центре арены.
Добежав до ближайшего монстра, я отталкиваю его от Стила. Уже протягиваю руку ко второму, но меня резко отдергивают и бросают на землю прежде, чем я успеваю дотронуться до него. Из легких будто вышибают весь воздух, и я приземляюсь на песок.
Чувствую запах чего-то горелого, и на талии появляется след от ожога. Едва я успеваю подумать о том, чтобы встать на ноги, чья-то рука хватает меня за шею и поднимает в воздух.
Надо мной нависает лицо матери серафимов, которая буквально рычит на меня:
– На сегодня достаточно.
