Все пришли в движение, натыкаясь друг на друга, в воздухе витали проклятия, но Кейн оставался неподвижен. Он должен был сделать шаг вперед прямо сейчас. У него не было времени возвращаться на корабль за своим первым помощником. Ему придется пойти в одиночку, без товарища рядом, и он будет выглядеть по-настоящему глупо в глазах тех, кто уже и так считает его паршивой овцой среди Блэкуотеров.
– Блэкуотер? – крикнул Локхарт с вершины валуна. – Ты здесь?
Его глаза внимательно изучали четырех капитанов, стоявших перед ним, и задержались на месте, где должен стоять Кейн.
Кто-то ткнул Кейна локтем в ребра.
– Здесь он!
Затем вступил другой голос, с другой стороны.
– Побелел, будто увидел призрак своего отца! Ты не потянешь, Блэкуотер!
Кейн сорвался с места, двинув парня кулаком в скулу. Одно дело насмехаться над ним, но приплетать Кастора Блэкуотера – явный перебор. Между ними втиснулось несколько человек, удерживая Кейна. Тем не менее, он дико махал кулаками и жаждал встречи с наглым типом. Но руки крепко держали его и тащили вперед.
– Капитаны, – объявил Локхарт, пока Кейн, спотыкаясь, выбирался из свалки и занимал свое место между Флинном и Циллой. – Я знаю, что большинство из вас мечтали об этом моменте и хотели бы уже приступить, но в кодексе Испытаний есть ряд формальностей. Когда я назову богине ваше имя и название вашего корабля, вы сможете назвать первого помощника, который присоединится к вам на время охоты. Если кто-то сорвется со скалы или утонет в лагуне, первый помощник унаследует титул Капитана. Итак, Доминик Роув, «Костяной Пес», – Локхарт не сводил глаз с подлеца.
– Объявляю своим первым помощником Громилу Джарниса, – ответил Роув. Золотые пуговицы его плаща блестели на солнце. Его спокойной отстраненной улыбки из-под нелепых усов было достаточно, чтобы заставить Кейна сжать челюсти.
Шрам на груди Кейна горел от этой мысли. Если откровенно, Кейн был бессилен против Джарниса. Он украдкой взглянул на человека, ненормально бледного для пирата, проводившего большую часть своих дней на солнце, но быстро отвел взгляд. Он не имел права показывать страх.
– Томас Стоун, «Рассекающий Волны», – объявил Локхарт, глядя на пьяного капитана с белым пером на шляпе.
Слабая попытка Стоуна казаться собранным провалилась: неряшливо заправленная рубашка и расшнурованные ботинки придавали ему привычно ленивый вид. Судя по остекленевшим глазам, он был пьян со вчерашнего вечера. Сказать по правде, Кейну было жаль его. Стоун обратился к бутылке, когда потерял в море ребенка. Кейн и представить не мог, через какую боль тому пришлось пройти. Возможно, Томас не мог ничего сделать с болью, поэтому заливал ее ромом. Почему экипаж давным-давно не поднял бунт, для Кейна оставалось загадкой.
Томас назвал имя своего племянника, Рудольфо Стоун – неуклюжий молодой человек – тоже пошатнулся, по-видимому, такой же пьяный, как и его дядя. Рудольфо оказался на голову выше Томаса, шляпа с перьями была сдвинута набекрень.
Кейн выругался про себя, недоверчиво глядя на эту парочку. Было бы не так уж плохо, если бы Цилла или Флинн забрали Костяную Корону, выиграв Испытания. Но если корону возьмет Томас, Кейн убьет его и пойдет под суд. И это будет лучше, чем увидеть, как островное королевство рухнет под его правлением. Сердце Кейна забилось быстрее, когда очередь почти дошла до него. Возможно, он мог бы уговорить Циллу поменяться с ним местами, чтобы выиграть побольше времени для размышлений.
– Флинн Ганнисон, «Анафина», – объявил Локхарт. – Кого выберешь ты?
– Я выбираю Ариуса Павела своим первым помощником, – ответил Флинн.
Выбор Флинна не стал неожиданностью. Эти двое были почти братьями, отец Ариуса погиб в бою, и мать Флинна воспитывала обоих мальчишек. Чье-то плечо задело плечо Кейна, он повернул голову и увидел белоснежную улыбка Ариуса и ямочки на щеках светло-коричневого цвета.
– Кейн Блэкуотер, «Стальная Жемчужина», – Локхарт перевел взгляд на Кейна, затем на пустое место рядом с ним, где следовало находиться помощнику. – Кого ты назовешь своим первым помощником?
– Насчет этого… – заговорил Кейн, в горле пересохло, живот свело. – Я… – его отец, должно быть, наблюдал за ним через завесу Лимба, качая головой и проклиная сына.
– Я его первый помощник.
Женский голос застал его врасплох. Он узнал этот голос, но не поверил, пока не увидел его обладательницу. Он обернулся вместе с остальными пиратами и увидел, как сквозь толпу пробирается Лорелея. На ней была все та же рубашка кремового цвета, в которой он видел ее в последний раз, но теперь она завязала ее узлом на талии. Широкие штаны, подвернутые снизу, удерживались на талии одним из его богато украшенных ремней. Свои темно-каштановые волосы она подвязала черной повязкой, убрав с лица. И теперь направлялась к нему, покачивая бедрами.
