- Никогда больше так не делай. Здесь это может плохо закончиться. – до искусственности ровным голосом сказал он, слезая с подоконника и надевая оставшийся со вчерашнего дня на спинке кресла сюртук.
- Это везде может плохо закончиться. Ведь мы не ангелы, и потому нас не поймут и не примут. – усмехнулся я.
- Да, мы не ангелы, – застегнув последнюю пуговицу на сюртуке, повторил Габриэль. – Мы священники. – И скрылся за дверью, оставив после себя звенящую тишину. Как же всё-таки холодны и нелюдимы эти огромные особняки…
- Значит, я ошибался. Мы похожи, – откинув со лба волосы, пробормотал я. – Ангелы – не люди, священники – не мужчины… – и, захлопнув за собой дверь, вышел к лестнице.
Значит ли это, что ангелы и священники в чём-то тождественны?..
Тем временем, Габриэль уже спустился навстречу горничным и кучеру.
- Ой, бабушка, смотри! Это точно граф! Ах, красавец! Значит, Сью не соврала! – восторженно, громким шёпотом, выпалила Бетти, отчаянно тряся старушку за рукав. Та шикнула на неё и сказала, обращаясь к Габриэлю:
- Прошу прощения, граф. Не слушайте её. Это всего лишь вопли восторженной глупышки. – проворчала она. Бетти надулась и обиженно отвернулась.
- Ну что вы, всё в порядке, мэм. Мне даже приятно, – ответил Габриэль, хотя по его тону я понял, что ему абсолютно всё равно. – Моё имя – Габриэль Роззерфилд. Мистер Бэзил сказал, что, возможно, вы согласитесь последить за порядком в этом доме до тех пор, пока я и мистер Уолтон не уладим свои дела и не вернёмся в семинарию…
- Семинарию? Неужели вы священник?! – внезапно влезла в разговор Бетти, заставив меня, Дороти и Джона тяжело вздохнуть.
- Эта девчонка неисправима… – досадливо пробурчала женщина.
- Д-да... – немного замявшись от неожиданности, ответил Габриэль. – Ещё не священник, но вскоре собираюсь им стать.
- О, это очень печально, – сказала девушка, – Господин, вы слишком красивы, чтобы идти в священники! – Габриэль внезапно рассмеялся и молча покачал головой.
- Сэр, ну так вас устроят эти леди? – спросил Бэзил, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.
- Да, думаю, устроят, – отозвался тот и снова повернулся к женщинам: – Мы здесь ненадолго, поэтому от вас потребуется только прибраться в доме и готовить обед мне и мистеру Уолтону. Большего я от вас не жду. На время нашего пребывания можете жить в специальных комнатах на первом этаже, а можете возвращаться к себе домой – в этом выбор за вами. Жалование выдам перед отъездом – соответствующее объему проведённых работ. Вас устраивают условия?
- Да, сэр, – кивнула Дороти. – Тогда, если вы не возражаете, мы приступим к своим обязанностям. Дом не на шутку застоялся без хозяев, в один день нам его не вычистить.
- Да, разумеется, – согласился Габриэль и отступил в сторону, словно бы освобождая дорогу. – Благодарю вас, Бэзил. Вы нас просто спасли.
- О, не стоит, не стоит… – смущенно пробормотал тот, бодро тряся руку Роззерфилда. – Ну что ж… Время не ждёт. Поеду я.
- Доброго пути вам, – махнул вслед рукой кучеру Габриэль.
Поднимавшаяся по ступенькам Бетти задела меня плечом и я, чуть было не соскользнув со ступени, на которой стоял, подвинулся в сторону и озадаченно замер, поймав её странный, пристальный взгляд через плечо. Бог ты мой, неужели эта малышка мной интересуется? Только этого ещё не хватало! Хотя Бетти и симпатичная, но она, вроде, глаз на Габриэля положила…
Я, улыбнувшись краем рта, отвел от неё взгляд и посмотрел на Роззерфилда. И тут же почувствовал, какую ошибку совершил.
- Я к Бейкеру, – отрывисто бросил он и метнулся вниз, но этот тон неприятно резанул мне слух, как звук рвущейся бумаги. Не успел я моргнуть, как его уже и след простыл, только хлопнула входная дверь.
«Чёрт! Идиот!» – я едва не рявкнул это вслух. И ругал я не Габриэля – так близко воспринимающего всё к сердцу, а себя. Чего я ещё хотел, добиваясь его расположения?! Я забыл, чего ему стоило уступить мне. Ему – всю жизнь ненавидящего подобных мне. Отдаться – пускай и не до конца – не в нежные женские ручки, а в мои грубые лапы, переступив через свой страх и неприязнь. Ублюдок – только и могу, что пялиться на других... Я же обещал ему.
«…не причиню тебе боли, обещаю».
Лжец.
После ухода Габриэля я не мог найти себе места от беспокойства. Меня терзало чувство вины, и милашка Бетти, то и дело откуда-то выныривающая с очаровательной улыбкой, вызывала лишь раздражение. Чтобы не провоцировать себя лишний раз на глупые поступки, о которых после буду жалеть, я набросил на плечи тёплый плащ и направился к Бейкеру по уже известному мне адресу.
Дверь открыл дворецкий и на мой вопрос ответил, что – да, молодой джентльмен со светлыми волосами заходил, но, отдав хозяину то, что принёс, ушёл в неизвестном направлении.
Поблагодарив мужчину сквозь стиснутые зубы, чертыхаясь про себя, я вышел на улицу и огляделся, понятия не имея, где искать Габриэля. Я и Флит-стрит с трудом нашёл, поскольку никогда не бывал в Лондоне ранее, а уж человека в большом городе...
