Закончив напевать старый хит «Тату», под который, как подумал Крячко, видимо, вырос, Александр с блаженством надкусил пирожное и с досадой отряхнул обсыпанный сахарной пудрой пиджак.
– Интересно, какие усилия вы приложили к нынешнему успеху? – Голос за спиной заставил Чувина поперхнуться. – Убили коллегу и похитили известного флориста ради выгодного заказа?
Лучший менеджер «Нейротраура» попытался поднять трубку, чтобы призвать на помощь Ангелину, но осекся, когда обладатель строгого голоса произнес:
– Она беседует с моим коллегой. Вам тоже придется мне все объяснить.
Полковник показал удостоверение. Чувин медленно прожевал кусок пирожного во рту и энергично кивнул. Вот за что Крячко любил суперхищников, так это за звериное чутье на охотника, нагрянувшего в логово по их душу. Нюх на его погоны, должность, решимость спустить с них шкуру, какой бы дорогой она ни была, и табельный пистолет.
– Давайте вернемся к событиям этого утра. Во сколько вы оказались дома у Маргариты Сваловой?
Чувин чувствовал, что в голосе Крячко тонут всегда раздражавшие его звуки соседней шумной, как пчелиный рой, улицы Горького. Этот московский полковник говорил с ним резче, чем следовало с отпрыском известного художника, живописца-певца города. Но он будто и не знал, кто перед ним. В чем-то это было даже приятно. Наконец можно было не притворяться мягким, вежливым мальчиком из интеллигентной семьи. Не тратить силы на вкрадчивость. Собственный нарциссизм никогда не был для Саши Чувина секретом. То, что он не испытывает эмоций, которые отбирают у других людей силы и мешают им достигать целей, а также легко переступает через амбиции, в том числе в отношениях, и намерения других, он понял еще в детстве. И с тех пор ни разу не усомнился в правоте своей цельной натуры. То, что для других такой подход может оказаться неудобным или болезненным, его волновало лишь с той точки зрения, что можно столкнуться с желающими отомстить. А его опыт подсказывал, что люди, обладающие полным набором ресурсов для ненависти, к обидам весьма чувствительны.
– Через полчаса после звонка директора. Она сказала, что Маргарита Ивановна на лекцию для ментов не пришла, – спокойно ответил он. Легкое хамство было самым простым из его приемов, чтобы прощупать границы терпения человека.
– Это было на нее похоже? – не обратил на колкость внимания Крячко.
«Достойный противник», – с подобием уважения подумал Чувин и продолжил хамить:
– Филонить, – ему явно хотелось понаблюдать, заметит ли Крячко речевое обыгрывание фамилии художника, на творчестве которого специализировалась Свалова, – лежа у себя в саду с перерезанным горлом? Я застал ее такой. Калитка была открыта. Зашел. Позвал. Увидел. Выскочил звонить Савиной. Можете проверить геолокацию телефона. До этого все время у клиентов в поселке «Базальт» за Энгельсом был. Хоронят собаку, но хотят все сделать по-человечески!
– Непременно, – заверил его Крячко. – Скоро я буду знать о ваших передвижениях.
Александр Бориславич заговорил спокойнее:
– Так-то я не удивился, если честно. Ритка, – Чувин вопросительно посмотрел на Крячко, хотя знал, что разрешение не соблюдать принцип «о мертвых либо хорошо, либо ничего» даже на уровне вежливости в его случае давно получено, – могла забить на работу, которую не считала важной. Или сорвать экскурсию, устроив на пустом месте истерику.
– Это вполне естественно, когда, зная о твоем бесплодии и проблемах с приемным сыном, тебя провоцирует молодой коллега, совмещающий в коллажах Гавриила Державина, Фриду Кало и ее погибшего в утробе сына. Вы же не упустили случая дать свою визитку Сваловой?
Чувин расцвел:
– А как же?
– Вы презирали ее за то, что она, в отличие от вас, добилась всего сама?
– Ритка?! Сама?!! Она же шавка Штолина! Так что странно было с ее стороны не взять под козырек и их очередную мутку завалить!
– В чем, по-вашему, был смысл сотрудничества Сваловой со Штолиным?
– Старый легавый был ее крышей. Ну, не такой, как в девяностые, конечно. Просто Ритку не обманывали и не обкрадывали те, у кого она искала для коллекционеров картины.
– Речь о скупщиках краденого, верно?
– В том числе.
«Значит, среди тех, кто крадет, убийцу тоже искать не стоит», – сделал вывод Крячко. Десятилетия благополучной, судя по купленному дому, деятельности наверняка научили Свалову не связываться с теми, кто не обращает внимания на покровительство одного из лучших сыщиков города, но способен на беспредел. Маргарита Ивановна, очевидно, знала, как заработать на винтажные пудреницы, не рискуя своей во всех смыслах светлой головой.
– Что получал взамен Штолин?
– Доступ в богатые дома. Хитрый лис!
– С большинством клиентов Сваловой и их предками он наверняка сталкивался во времена активной работы в семидесятые – девяностые.
– Оно понятно, – Чувин хмыкнул. – Но дедушку же увели на номинальную должность, книжки про былые подвиги писать. Профессор Златопуст Локонс, мля!
– Ведя переговоры с потенциальными покупателями, Свалова изучала, как живут его бывшие подопечные. Что дальше?
