— Ммм… Если шея у тебя такая на вкус, боюсь представить, как ты вкусна между этими восхитительными бёдрами.
— Прекрати… — прохрипела я.
— Прекратить? — прошептал он на моей коже. — Но твоё тело ведь совсем не хочет, чтобы я останавливался, не так ли?
— Прекрати! Пожалуйста!
— Ну… раз ты так вежливо попросила. — Он наконец отстранился, и моё тело обмякло от смеси облегчения и… разочарования.
— Пожалуй, пойду утешу свою госпожу. Она, должно быть, уже вернулась в покои. И будет так убита, когда Дрейвин снова её отвергнет, — прошипел он с издёвкой.
Очередная волна накрыла меня, и я застонала.
— Отвергнет её? — удалось выдавить из себя.
— Так или иначе, моя королева скоро узнает, что Дрейвин Элирон не её сопряжённый, как она утверждала веками. Либо он согласится предстать перед Бохити с ней, чтобы доказать, что не является её парой — как я и говорил ей бесконечное количество раз, — либо откажется… и тогда мне снова придётся собирать осколки её разбитого сердца.
Он посмотрел куда-то в угол комнаты.
— Однажды она поймёт, что её сопряжённый всё это время был прямо перед ней.
Если бы всё зависело от меня, парой Мелисы в этом мире он бы уже не был. Но говорить такое, будучи прикованной к постели и полностью в его власти, было бы глупо.
— Ты правда веришь, что она — твоя сопряжённая?
Его голова резко повернулась в мою сторону.
— Я знаю, что это так, — процедил он.
Он поднялся с кровати и встал надо мной.
— А теперь я открою тебе маленький секрет. Я буду рядом с ней, когда она займёт трон Атлантиды. Это я стану королём, а не этот Дрейвин, чтоб его.
Он сжал кулаки, оперевшись ими о край кровати, и наклонился ближе:
— Так что да. Я возьму вину на себя — скажу, что похитил вас обоих. А моя королева освободит меня, как только получит трон.
Я застыла.
— Обоих?
Он выпрямился с самодовольной ухмылкой.
— Я что, не рассказал тебе самую лучшую часть? Как я мог забыть? Если Дрейвин её отвергнет — а он точно это сделает — мы избавимся от него. Уберём его из этого мира.
У Мелисы, знаешь ли, ужасный характер, когда она не получает желаемое. Это, кстати, делает её просто огненной в постели.
Он опустил руку и сжал промежность.
Мерзость.
— Мы увезём его туда, где его никто не найдёт, и оставим умирать, — продолжал он. — Так что знаешь, кто тут настоящий неудачник? Ты. Ты даже одной своей миленькой полупопкой не сядешь на этот трон. Ты не получишь своего сопряжённого. А настоящая королева взойдёт. Просто идеально.
По телу прошлась волна чистейшей паники — и тут же исчезла под очередным всплеском желания.
— Я сама тебя убью, — процедила я.
Ублюдок расхохотался.
Он… рассмеялся.
— Можешь попытаться, — сказал он, дотрагиваясь пальцем до подбородка в притворной задумчивости. — Но что-то мне подсказывает, что ты тоже долго в этом мире не задержишься.
Он безмятежно отступил назад, направляясь к двери.
— Наслаждайся остатком вечера, Ваше Высочество. Возможно, это будет последняя… наслаждение, которое ты испытаешь за очень, очень долгое время.
Он повернулся и вышел из комнаты.
***
Пот по капле стекал с моего лба, сливаясь на подушке с бесконечными слезами, пролитыми за эту ночь. Глубокое отчаяние вытеснило неутихающие волны удовольствия, которые наконец начали утихать с первыми отблесками рассвета за окном. Сквозь рассеявшийся туман похоти я начала думать, как выбраться из этих оков. Насколько мне было известно, железо лишало фэйри их силы. Но я была не просто фэйри. Я была Хекити. Должен быть способ. Я должна предупредить остальных о планах Мелисы и Кейна, о похищении Дрейвина. Я не остановлюсь, пока не найду его. В этом я была уверена на тысячу процентов.
Мой взгляд скользнул к цепям над головой, и в висках что-то щёлкнуло. Сквозь туман событий вечера я, казалось, вспомнила, как цепи нагревались в моих ладонях.
Неужели…
Я обхватила цепи руками и сосредоточилась, вкладывая в это всё, что у меня оставалось, — и почувствовала, как металл начинает теплеть.
Этого было недостаточно. Нужно, чтобы цепи раскалились по-настоящему.
Я вспомнила, как пробудилась моя стихия воздуха. Это случилось в момент паники. Я думала, что умираю. Сейчас же в опасности был Дрейвин. Мой сопряжённый был похищен. Меня накрыло волной глубокой печали. Дрейвин ведь не был официально моим сопряжённым. Нам пришлось бы ждать ещё один круг солнца, прежде чем мы сможем вновь предстать перед Бохити.
И разве это не бесило меня до невозможности?
На самом деле, это злило меня так сильно, что цепи начали светиться ярко-оранжевым. Я сосредоточила эту раздражающую мысль в своих ладонях и с удовлетворением наблюдала, как металл начал плавиться и капать на кровать.
Ткань начала шипеть.
— Чёрт.
