Скрытая одержимость полностью

Я закрываю дверь своей спальни и прислоняюсь к ней, с интересом наблюдая за Уиллоу, которая входит в мое личное пространство и медленно осматривает комнату. На моем комоде царит беспорядок, а учебники и тетради разбросаны по полу, так как обычно я делаю домашние задания внизу. К стене гвоздем прибит календарь с датами моих тренировок и расписанием Уиллоу, обведенным оранжевым маркером. Однако она замечает его не сразу. Вместо того чтобы смотреть на стену, она откидывает выцветшее оранжево-белое пуховое одеяло и, замерев, смотрит на мои белоснежные простыни.

– Что? – наконец спрашиваю я.

– Понимаешь, – она пожимает плечами, – у Нокса были черные шелковые простыни. А ты, наверное, даже не представляешь, как белый цвет выдает в тебе двадцатилетнего холостяка? Это заставляет меня поверить, что ты действительно регулярно меняешь и стираешь свое постельное белье.

– Я ценю чистоту, – говорю я, словно оправдываясь.

– Я и не утверждала обратное. На самом деле, мне это нравится.

– Однако ты удивлена, хотя любить чистоту – вполне естественно. Но мне доставляет удовольствие видеть твое удивление.

Уиллоу кивает и внимательно смотрит на то, как я ставлю ее сумку на край кровати и подхожу к своему комоду. Я начинаю доставать вещи из второго ящика и складывать их в нижний, который почти пуст. При этом второй ящик остается открытым.

– Положи свои вещи сюда, – говорю я после непродолжительной паузы. – К сожалению, твоя одежда немного пострадала, и, возможно, тебе придется пройтись по магазинам.

– А мои туалетные принадлежности и косметика? – спрашивает она, слегка поморщившись.

– Все пропало, – говорю я спокойно, но гнев, отразившийся на ее лице, заставляет меня осознать, насколько она расстроена и встревожена. Кто-то проник в ее квартиру и методично уничтожил почти все ее вещи. Они подошли к этому с большим усердием: даже нижнее белье и носки были смыты в унитаз. Никто не должен переживать такое.

Поскольку они действовали очень аккуратно и это заняло у них не более часа, я могу исключить из числа подозреваемых только моих друзей и Ронана Пирса, потому что в это время мы с Уиллоу находились в его квартире.

– Я… – внезапно Уиллоу замолкает, словно растерявшись. – Мне нужна моя машина. Мне нужно съездить по делам, а потом вернуться в кампус.

Конечно. Время ее учебы четко зафиксировано в моем календаре, телефоне и в памяти. Однако машина Уиллоу стоит возле ее дома, и я не в восторге от идеи, что она пойдет за ней пешком или поедет на автомобиле, на который кто-то мог установить маячок.

– Возьми мою, – предлагаю я. – Ключи внизу, а мне все равно нужно идти на тренировку и забрать с собой брата.

Уиллоу не сводит с меня глаз, пока я не скрываюсь из виду, сбегая по лестнице. Нокс уже ждет меня у двери, перекинув хоккейную сумку через плечо.

– Ты в порядке? – спрашивает он, когда я подхожу к багажнику своей машины и достаю оттуда свою хоккейную сумку.

– Давай поедем на твоей машине, – нахмурившись, предлагаю я вместо ответа.

Он не сводит с меня глаз, даже когда мы садимся в его машину.

– Что? – спрашиваю я раздраженно, но Нокс уже отворачивается, чтобы следить за дорогой.

– Ты хочешь, чтобы она жила с нами?

Черт возьми.

– В этом нет ничего особенного, я просто хочу, чтобы она была ближе ко мне.

– Но почему?

Кроме того, что спустя несколько минут после нашего ухода в ее квартиру ворвался какой-то сумасшедший? Возможно, потому что я пытаюсь починить то, что ты сломал, придурок!

– Почему ты тянул с разрывом целый год? – спрашиваю я, нахмурившись.

Я бы не возражал, если бы Нокс не обратил внимания на мои слова, поскольку этот вопрос не обсуждался нами с тех пор, как они начали отношения в прошлом году. Мне не хотелось портить ему настроение, так как он наконец-то перестал вести себя как ловелас и сосредоточился на одной девушке. Я просто хочу, чтобы в моих мыслях Уиллоу перестала быть его девушкой. Родители были в полном восторге от известия о том, что их старший сын наконец-то встретил свою вторую половинку. И не просто девушку, а настоящую жемчужину – красивую, умную, спортивную и остроумную.

– Возможно, чтобы доказать что-то самому себе, – говорит Нокс, словно слегка кашляя, и я с любопытством смотрю на него. – Вероятно, я просто хотел узнать, смогу ли посвятить себя одному человеку, – он слегка качает головой, стиснув зубы.

– О, так ты имеешь в виду моногамию? – спрашиваю я, щелкая пальцами. – Поздравляю! Ты выбрал для своей проверки единственную девушку, которая меня заинтересовала, и пробыл с ней почти год.

– Отстань, – ворчит он. – Теперь она твоя.

– Как же ты ошибаешься! – произношу я, сжимая кулаки. – Теперь она ничья. Но я все равно ее получу.