– Михалыч, это как-то бесчеловечно так рассуждать. Даже один день жизни отнять у человека – преступление! – возмутилась Алиса.
Она хотела ещё что-то добавить, но старик прервал её:
– Не забывай, я не злой и не добрый. Я нейтральное существо. Я иначе смотрю на всё происходящее. Я, в отличии от тебя, не вижу преступления в том, что тот, кто всё равно должен умереть, и возможно в муках, умрёт раньше просто заснув, тихо, спокойно, без агонии.
– Ну знаешь ли, – начала было Алиса, а потом задумалась, так ли не прав Михалыч, а значит и Кощей, которого он защищает.
– Мы отклонились от темы, – решив замять щекотливую тему, продолжил домовой, – повторю: наш Кощей – не то зло, ради которого на земле должна была появиться такая могущественная ведьма.
Выждав паузу для большей торжественности, он продолжил:
– Алиса…
– Михалыч, – перебила его ведьма, – ты хочешь сказать, что у меня какое-то великое предназначение есть?
Момент торжественности был потерян, но домовой всё равно вздохнул и попытался максимально торжественно продолжить:
– Ты должна выяснить, что ты должна сделать, в чём твоё предназначение!
– То есть ты уверен, что у меня есть какая-то великая миссия?!
Старик молча кивнул. Сейчас он смотрел на неё с нескрываемым восхищением и страхом одновременно. Последний был не потому, что он боялся её, а скорее потому, что боялся неизвестности, того почему вдруг появилась могущественнейшая ведьма.
– А после того, как я совершу то, ради чего появилась, я умру? – неожиданно для Михалыча вдруг спросила Алиса.
– Почему? – недоумённо спросил тот.
– Ну ведь я своё предназначение выполню.
– И что? Почему умереть-то ты должна. Нет, когда-нибудь то умрёшь, потому что все мы смертны. Но кто сказал, что сразу после выполнения твоей миссии. Почему ты так решила?
– Ну раз я появилась для борьбы со злом, чтобы выполнить какое-то великое предназначение, то значит потом во мне отпадёт необходимость.
– Возможно, но если отпадёт необходимость, то почему ты должна умереть-то?
– Потому что стану не нужна.
– Ерунда какая-то.
– Нет, если следовать твоей логике, то самой собой напрашивается: появилась – потому что нужна, отпадёт необходимость во мне – умру, ну или как минимум пропадут мои способности.
– Да ну тебя, – начал раздражаться старик, – и не умрёшь, и способности не пропадут.
– Откуда ты знаешь?
Михалыч махнул на неё рукой и перевёл разговор:
– Садись уже за стол. Чай вон уже совсем остыл.
Некоторое время они сидели в тишине. А потом видимо домового озарило:
– Ты не хочешь признавать, что твои способности даны тебе для выполнения какой-то миссии, потому что боишься?
– Ну да… а вдруг я не справлюсь, вдруг у меня ничего не получится.
– Тебе даны такие силы, чтобы ты точно справилась.
– Уверен?
– Абсолютно. Сейчас главное понять, в чём твоё предназначение, что не так в мире. Сначала надо найти то зло, которому тебе нужно будет противостоять.
– А потом?
– Потом будем решать, когда выясним с чем предстоит бороться.
После этого разговора Алиса стала внимательно прислушиваться к своим ощущениям, как она реагирует на те или иные события в мире, пытаясь распознать то зло, которое она должна победить. Однако ничего особенного, внушающего ужас, она пока не находила.
В середине марта в Москве ещё лежали сугробы. Зима в этом году выдалась снежная. Душа уже давно просила весны, но природа не торопилась сдавать свои позиции, как в известном со школы стихотворении. Двоих людей в мегаполисе такое положение дел более чем устраивало. Им снег был просто необходим.
После того, как Максим написал свой номер телефона на окне Полины, они начали встречаться. Девушка не отставала от сивера, то уговаривая, то требуя, чтобы он развивал свои силы. Если раньше у него была отговорка, что те не подчиняются ему, как и всем предыдущим поколениям его рода, то сейчас был пример, когда ему это удалось. Какое-то время Максим сопротивлялся, объясняя это тем, что больше всего боится причинить вред людям. В конце концов он сдался, когда Полина предложила ездить либо в городские парки, выбирая безлюдные места, либо уезжать за город.
Вскоре молодые люди облюбовали Главный ботанический сад, в котором без труда можно было найти уединённые места. Там Максим тренировался управлять снегом, ветром и морозом. С каждым днём у него получалось всё лучшее, он становился увереннее. То ли он действительно был гениальным колдуном, самым талантливым в его роду, то ли любовь и вера Полины делала его более могущественным. Девушка поддерживала его, хвалила за каждую удачу, напрочь не желала замечать неудач. Она убеждала возлюбленного, что в процессе обучения без них никуда. «Не на стоит на этом зацикливаться, надо продолжать тренироваться», – говорила она. С каждым днём неудачных попыток становилось всё меньше и меньше. Максиму всё чаще с лёгкостью удавалось совершить задуманное. Причём не только сотворить что-то, но и удалить это потом.
