Темно-русые волосы, болотного цвета глаза – и не поймешь, зеленые или светло-карие, фамильный бермонтовский квадратный подбородок с ямочкой посередине, тяжелая челюсть. Высокий, крепкий. Демьян был там, очень близко, стоял вполоборота, и она дернулась, спряталась, прислонилась к двери рядом с отверстием.
– Ты здесь? – спросил его голос совсем рядом. Видимо, он тоже вплотную подошел к воротам. – Полина, – уже настойчивей и нетерпеливей, – я знаю, что ты здесь. Выйди, пожалуйста. Все будет хорошо.
– Ты меня в камере запрешь, – сказала она со вздохом. – Не отпустишь ведь.
– Запру, – согласился он насмешливо. – Только не в камере. И не отпущу, ты права. Сестер повидаешь – и обратно.
– Ты их видел? – Полина аж подпрыгнула. Потом расстроилась. – Ты все рассказал, да?
– Нет, – Демьян понизил голос. – Полюшка, выходи ко мне. Не бойся, я ничего тебе не сделаю. Плохого, – добавил он после паузы.
Он ее уговаривал, как ребенка.
– Мне стыдно, – призналась она.
Короткий и нервный смешок – Полина даже удивилась: так несвойственно это было тому Демьяну, которого она знала. Раздался какой-то шорох. Она не выдержала, посмотрела в окошко – мужчина стоял, опустив голову, по-видимому, уткнувшись лбом и руками в черные створки.
– Мне тоже. Я тебя напугал.
– А я тебя почти обворовала, – печально произнесла она.
– Полин, выходи, пожалуйста, – голос его еще понизился, стал похож на тихий рык, только не страшный, а завораживающий. – Я тебя не трону. Не надо от меня прятаться.
– Нет, – упрямо произнесла девушка и уселась на землю, обхватив руками голову. Куда она выйдет? Ей нужно завершить дела с Учителем, и тогда уже, оставив позади все противозаконное, можно идти в новую жизнь. Может, даже встретиться с Демьяном. Но не сейчас.
– Полюшка, – рычал он у ворот почти умоляюще, – Полина… Я столько тебя искал. Ну пожалуйста, не упрямься.
Она молчала.
– Сестры твои очень переживают. Я тебе обещаю: приедем в Ренсинфорс, отдохнешь, и сразу пойдем через Зеркало в ваш дворец. Выходи, Полюш…
– В какой дворец? – спросила она резко, подскочила, вгляделась в окошко. Бермонт смотрел на нее своими темными болотными глазами, криво улыбался, и ей стало жарко и неудобно. – Ты о чем, Демьян?
– Примешь мой подарок? – спросил тот в ответ. – Я тебе все расскажу, только обещай, что сейчас наденешь и будешь носить.
– Это шантаж, – буркнула она недовольно.
– Шантаж был бы, если бы я заставил тебя взамен выйти, – возразил он спокойно, снова став похожим на себя самого. – А это просто подарок. В знак того, что я не имею к тебе претензий и готов все забыть. Протяни руку, я лучше сам надену, чтобы быть уверенным.
Принцесса, поколебавшись, сунула руку в окошко. Из-за узости отверстия она не видела, что делает Демьян, зато прекрасно чувствовала. На палец скользнуло кольцо, затем на запястье захлопнулся тяжелый браслет. Бермонт вдруг погладил ее по кисти, и пальцы Полины дрогнули, а он вздохнул, повернул руку, прикоснулся к ладони губами. Девушка выдернула руку, недоумевающе посмотрела на кисть. На средний палец было надето серебряное кольцо с каким-то растительным орнаментом. От него к запястью отходили две тоненькие цепочки, соединявшие кольцо с браслетом по обеим сторонам руки.
Полина прекрасно знала, что это такое. У матери Демьяна была такая же серебряная пара.
– Ты с ума сошел, – устало сказала принцесса, недоверчиво глядя на него. – Точно с ума сошел.
– Не буду отрицать, – низко шепнул Бермонт у окна. Глаза его блестели, как осенняя листва на солнце. – Теперь я хотя бы буду знать, где ты. Слишком долго тебя искали, Полюш. Я как узнал, что нашли, сразу же выехал, в горы ведь не попасть Зеркалом… Как же ты так ухитрилась влипнуть? Расскажи… я помогу тебе…
Полина сжала зубы. Снова стало стыдно.
– Ты про сестер обещал рассказать, Демьян.
– Да, – откликнулся он. – Первого октября твоя сестра Василина была коронована, и теперь она – правящий монарх Рудлога. Сестры твои и отец вернулись во дворец. Василина просила меня найти тебя… Поля… Полюшка… Выходи, я обещаю, пальцем тебя не трону. Сразу пойдем к твоим, как доедем до дворца. А потом поговорю с твоими… Надо подтвердить намерения.
– Нет, Демьян, нет, – сказала она, отступая. – У меня еще осталось одно дело. Не ищи меня, пожалуйста.
– Остановись, – попросил он настойчиво. – Остановись, Пол! – рявкнул громко и зло, ударил кулаком в ворота, отчего те гулко застонали. Но принцесса уже оборачивалась, взмахивала крыльями и летела в сторону той самой сопки, где был тайник с вещами. Там, по договоренности, если она не возвращалась до середины октября в Рудлог, каждый четверг и воскресенье должен был ждать Учитель. И это было хорошей возможностью поговорить с ним и узнать условия, на которых он отпустит ее.
