Скрытые инструменты комедии полностью

Некоторые отвечают, что они бы немедленно пустились наутек куда глаза глядят — лишь бы подальше. Другие — что набрали бы 911 или постучали в соседнюю квартиру. Некоторые даже рискнули бы проверить этому парню пульс или легонько пнуть ногой, дабы убедиться, что он все еще жив. Заметьте: он упал прямо на пороге своей квартиры. Порог — элемент архитектуры, полоска на полу, которая служит не только границей вашего дома, но еще и отделяет ваше жилище (частное) от всего остального мира (общественного). Поэтому при желании Эмма могла бы просто... носком откатить тело за порог, чтобы Алекс снова оказался в своей квартире и перестал быть ее и всего мира — проблемой. Любое из этих решений имело бы смысл, верно? Похоже, Эмма тоже так думает и отвечает:

Но после этих слов она меняет курс, пытаясь оправдать свое решение такими словами:

Не каждый день вам приходится произносить подобное.

А вот то, что вы бы (по всей вероятности) не сделали, будь вы серьезной, благопристойной девушкой, с которой не забалуешь. Но именно это в фильме и происходит.

Эмма не убегает и не зовет на помощь, не проверяет, жив ли незнакомец, не толкает его носком туфли. Вместо этого она хватает Алекса (в опасной близости от предмета его мужской гордости), переворачивает, берет за ноги и тянет, как тележку на колесиках, затаскивая в квартиру и сопровождая все это остроумными замечаниями.

Вы бы так не поступили? А почему же так поступила она? Но ведь это — не совсем она. Наша застегнутая на все пуговицы Эмма так не поступила бы. Чтобы совершить действия, которые от нее требуются, Эмма превращается из консервативной девушки в «подругу с прибабахом». Для пущего эффекта метаморфоза сопровождается самоуверенными замечаниями и эксцентричным поведением.

Потому что кто-то где-то сказал себе: «А может, будет смешно, если...?» Итак, кому это пришло в голову? Может, сценаристу. Возможно, режиссеру, или продюсеру, или редактору, или департаменту маркетинга. Но уж точно не персонажу. Во всяком случае, не той девушке, которая впервые предстала перед нами, когда постучала в дверь.

Может быть, это и смешно. Во всяком случае, для кого-то. Но беда в том, что мы больше не знаем, кто она такая. А строить комедию на неузнаваемых или непоследовательных персонажах трудно. Итак, кто же она? Напряженная и застегнутая на все пуговицы? Или чокнутая? Мы уже не знаем.

И снова она становится холодной и чопорной штучкой, сплошные «О, не прикасайтесь ко мне» и «Я к вам в комнату не войду». Но еще несколько секунд назад она была «О, ложитесь, и я потяну вас за ноги». А сейчас вновь...