При появлении Эммы Алекс должен попросить ее о помощи. Что же он делает вместо этого? Он вешает ей какую-то лапшу на уши, а затем притворно падает в обморок прямо к ее ногам, поскольку сделать то, что ему на самом деле необходимо, было бы слишком «скучно». И когда он падает в обморок, Эмма из тысячи возможных вариантов женского поведения в подобной ситуации выбирает один — самый невероятный: переворачивает его, берет за ноги и тянет в квартиру. Обоим персонажам не разрешают сделать то, что необходимо для победы. Вместо этого их заставляют сделать «нечто смешное».
Комедия и смешное — вещи разные. Обморок может быть смешным — возможно, авторы до смерти хохотали, когда это придумали. Но что именно помогает одержать победу с точки зрения персонажа? Как только вы перестаете доверять персонажам делать то, что им нужно для победы, они начинают вести себя неправдоподобно. Если их действия уж очень смешны, вероятно, вам это сойдет с рук, и вы благополучно проскользнете в следующий эпизод. Но если все не так уж смешно (помните: смешное — субъективно), вы рискуете тем, что зрители не поверят в персонажей.
Билл Прэди, исполнительный продюсер и соавтор сценария телесериала «Теория Большого взрыва» (The Big Bang Theory), говорил, что он ставит персонажей в некую ситуацию, а потом просто следует за ними: смотрит, что они хотят сделать, что им нужно сделать. И Тони Кушнер («Ангелы в Америке» / Angels in America), и Эдвард Олби («Кто боится Вирджинии Вульф?» / Who’s Afraid of Virginia Woolf?) — оба утверждают, что, когда пишут, обычно просят персонаж рассказать, что будет дальше.
Таким образом, эти авторы просто предлагают нам доверять персонажам в плане того, кто они и чего хотят. Разрешить персонажам делать все то, что им нужно для победы — с учетом того, кто они такие и что им может мешать.
Помните наших трех адвокатов в самом начале главы? Для решения проблемы им необходимо как можно быстрее выбежать из комнаты. Разговоры не помогают. Попытка «смешно» выскочить за дверь проблему не решит. Им нужно выбежать за дверь, каждый должен быть вторым, и на все про все — три секунды. Как бы они ни решили свою проблему, пока они сосредоточены на победе (а может, еще и догадаются выбрать кого-то и выбросить за дверь) — возникает комедия. Их решение, их «победа» и создает комедию — а не наоборот: комедия не может создать решение.
Что помогает вашему персонажу победить? Ему дается разрешение на победу. Но, делая какие-то вставки смеха ради, вместо того чтобы просто следовать за поступками персонажа, вы рискуете — ибо подобное поведение может заставить зрителей отвернуться от персонажа. Если же вы будете следовать за ним, то персонаж обязательно предложит что-нибудь
«День сурка» (Groundhog Day) — один из моих самых любимых фильмов. Ну, во-первых, у него потрясающая предпосылка: человек вынужден снова и снова проживать один и тот же день — «праздник» предсказания погоды, известный под названием День сурка. Во-вторых, можно смело утверждать, что это лучшая актерская работа Билла Мюррея. Но фильм мне особенно дорог тем, чего в нем
Во-первых, в нем нет ни одного момента типа «Меня примут за ненорма-а-ального!» Вам знакомы такие ситуации в некоторых фильмах, когда с нашим Героем происходит что-то странное, необычное или сверхъестественное? Например, герой может вдруг оказаться в чужом теле, или проснуться женщиной, или помолодеть/постареть за одну ночь. В таких случаях вам кажется, что главному персонажу стоит совершить некие простые, очевидные действия с целью решить проблему: например, рассказать об этом кому-нибудь, попросить о помощи,
На самом деле, как раз не персонаж останавливает себя. Не кто иной, как автор, полагает, что если герой поделится своей тайной (обмен мозгами/не совсем женщина), то это неумолимо приведет к кульминации и развязке, а значит, сократит двухчасовый фильм до метража одной серии «Симпсонов». Вовсе не персонаж, а сценаристы и продюсеры хотят продлить борьбу. Потому что пишут они не с точки зрения персонажей, а со своей, писательской точки зрения.
