– Это ты ее купил, – ухмыляюсь я.
– Ее выбрала продавщица. У нее плохой вкус.
– По-моему, она милая.
– Поверь мне, это не так.
Я жду, что после этой фразы он улыбнется, но он просто продолжает стоять на месте. Мне не нравится, что он такой неподвижный. Подняв руку, я касаюсь кончиком пальца его переносицы и медленно провожу по ней, ощущая несколько рубцов под кожей. Это единственное несовершенство на его невероятно красивом лице.
– Сколько раз ты ломал нос?
– Четыре.
– Тебе нравятся драки в барах?
– Нет. Это случилось во время прохождения подготовки.
– Что это была за подготовка?
– Я не могу говорить об этом.
То, как он поддерживает разговор, не будучи при этом полностью в сознании, так странно. По крайней мере, я почти уверена, что Сергей в полубессознательном состоянии. Кажется, что он тут, но в то же время его здесь нет.
Я протягиваю руку и кладу ее ему на грудь.
– Спасибо, что купил мне одежду. Накормил меня. Помыл мне голову. – Я провожу ладонью вверх, пока не касаюсь его лица, на котором все еще застыло суровое выражение. – Спасибо, что спас мне жизнь, Сергей.
Он трясет головой и смотрит мне в глаза.
– Это Варя тебя искупала. Домработница Романа. Я подумал, что будет неправильно – смотреть на тебя обнаженную, – говорит он, и его голос звучит почти нормально. – Я лишь занес тебя в ванную, а вынес потом, когда она закончила.
– Ты такой внимательный. – Я беру его правую руку в свою. – Я проголодалась. Как насчет того, чтобы пойти сделать мне сэндвич?
– Конечно. – Сергей моргает, но кажется, что его веки движутся как в замедленной съемке. Затем его плечи чуть-чуть опускаются.
Он пришел в норму. Я вздыхаю и, развернувшись, иду к кухне, но останавливаюсь по пути. Феликс стоит у входной двери, наблюдая за нами. Лампа слева от него освещает его лицо, на котором отражается крайнее замешательство, смешанное с удивлением. Я чувствую, как тело Сергея напрягается у меня за спиной. Это длится всего секунду. Затем он бросается к Феликсу, обхватывает правой рукой шею старика и прижимает его к двери. Я ахаю и в шоке смотрю на Сергея. У Феликса не дергается ни один мускул, он не пытается высвободиться. Он остается совершенно неподвижным, прижавшись спиной к двери, и с огромной рукой Сергея, обхватившей его шею, как будто это уже случалось раньше.
Я делаю шаг вперед, но тут Феликс слегка приподнимает руку, давая мне знак оставаться на месте.
– Сергей? – тихо говорю я.
Ничего. Он наклоняет голову набок и пристально смотрит на Феликса так, будто он решает, как с ним покончить. Справа от меня раздается тихое поскуливание. Не сводя глаз с Сергея, я делаю два шага в сторону и хватаю Мими за ошейник, чтобы она не вмешалась.
– Сергей? – снова зову я, на этот раз громче, и вздыхаю с облегчением, когда он поворачивает голову.
Теперь, когда стало больше света, я вижу, что его глаза все еще слегка расфокусированы. Я была неправа. Он очнулся не до конца. Я украдкой бросаю быстрый взгляд на Феликса. Наши взгляды встречаются, и он едва заметно кивает мне.
– Ну же, здоровяк. Ты обещал мне сэндвич. Мне все еще нужно набрать как минимум килограмм пять, чтобы снова выглядеть по-человечески. – Я слегка улыбаюсь и протягиваю руку Сергею. – Я не знаю, где ты хранишь хлеб. Пожалуйста?
Сергей медленно убирает пальцы с шеи Феликса и оборачивается.
– Тебе нужно набрать больше, чем пять кило, – говорит он. Подойдя ко мне, он хватает меня за руку и тащит на кухню, Мими следует за нами.
– С ветчиной или сыром? – Сергей открывает холодильник и начинает доставать продукты, поведение и голос совершенно нормальные.
– И с тем, и с тем. И кетчупа побольше.
– Отвратительно, – говорит он и смотрит на Феликса, который теперь стоит у обеденного стола. – У нас есть кетчуп?
– Понятия не имею. – Феликс пожимает плечами, подходит к шкафу и начинает доставать тарелки, как будто ничего странного не происходило всего минуту назад. – Может, в кладовой?
– Я посмотрю.
Сергей выходит из кухни, и, как только он уходит, я поворачиваюсь к Феликсу.
– Вы в порядке?
– Ага. А что?
А что? Он серьезно?
– А то, что Сергей чуть не задушил вас.
– Он не душил меня. Если бы он хотел убить, он бы свернул мне шею. – Он поворачивается и смотрит на меня. – Думаю, он держал меня подальше от тебя.
– В этом нет никакого смысла.
– У него уже был приступ, когда ты его нашла?
– Приступ? Вы имеете в виду, был ли он в отключке?
– Да.
– Да, думаю, да. Сначала он не реагировал, но потом пришел в себя.
– Сколько это длилось?
– Не знаю. Несколько минут. Я попросила его отложить ножи, он как раз швырял их в стену, когда я вошла… а потом спросила какую-то ерунду о моей пижаме. Я поговорила с ним еще немного, и вскоре после этого он очнулся.
Феликс не мигая смотрит на меня.
– Он позволил тебе забрать его ножи?
– Ну, он бросил их на пол.
Приближаются шаги, и я поднимаю глаза и вижу Сергея, идущего с банкой томатного соуса.
– Нашел только это, – говорит он, затем поворачивается к Феликсу. – У нас заканчивается картошка.
