– Я даже где Вильверлор не скажу, а она знает, где Кипучий овраг? – процедила Патриция, но на всякий случай отступила от Алека на шаг.
– Всё просто, – объясняла Ула по дороге скорее друзьям, чем Пеларатти. – Солнце восходит там. Сейчас за туманом не видно, но справа туман светлее, чем слева, и мох на деревьях растёт всегда с северной стороны, значит, мы по левую сторону озера. Если бы мы были за школой, лес не был бы хвойным, за холмами была бы Бурая чаща, справа от озера – долина и каменистые склоны. Мы недалеко от приюта, я слышу это по запаху. – Сюда! – махнула рукой Ула. – Идите на звук воды.
Деревья редели, за ними туман был ещё белее. На деле же это оказался не туман, а овраг, покрытый белоснежными соляными чашами, по которым, как по ступеням, спускалась к озеру вода. Вода бурлила, как в чайнике, пар от неё клубился вверх и смешивался с туманом.
– Что за несуразный бред?! Какой лёд может быть в горячих источниках в мае?! – ворчала Пеларатти.
– А её с ног до головы заморозить ты не можешь, а, Алек? Сразу бы все проблемы решили, – буркнула Нина брату.
– Я даже заклинания такого не знаю, – ответил он. – На ходу сочинил, чтобы она не обзывалась.
– Под толщей льда – это, наверное, под солью, она похожа на лёд, – не обращая ни на кого внимания, размышляла вслух Ула.
– Они что, хотят, чтобы мы в этой луже полоскались? – Пеларатти брезгливо окинула взглядом Кипучий овраг.
– Быстро разделимся и проверим все чаши, вода тёплая, – крикнула Нина, которая уже скинула ботинки и щупала ногой воду.
– Возможно, вы, Афанасьевы, привыкли принимать ванну в исподнем. Нормальным людям для этого нужен купальный костюм.
– Нормальные люди понимают, что это командное задание и все должны принимать в нём участие! Но если тебе тут с нами не нравится, вернуться никогда не поздно!
Патриция хотела ответить Алеку, но не успела. Воздух замерцал, и внутри среднего размера окружности появилась надпись:
Нина расхохоталась, Алек сделал в сторону Патриции реверанс, та в ответ нервно притопнула. Ула тем временем где-то успела найти трамплин и проделать с тотемом обратное объединение. Этот трюк она освоила удивительно быстро, в отличие от сальто, и задавалась вопросом: чего это остальные возятся с обратным объединением так долго? Для него прыжка не требовалась. Тренировать нужно было открытое миру сердце, а с этим у Улы проблем не было. Теперь она видела и слышала как волк, несмотря на то что стояла на двух ногах.
– Не надо лезть в воду! – крикнула Ула. – Я его вижу. Это белый футляр. Вон там, шестая чаша, если считать от меня. Он, словно якорем, держится за дно.
– Я знаю, как отсоединить! – обрадовался Алек.
Он вытащил клинок из ножен, прищурил один глаз, прицелился и крикнул:
– Tir ale!
Невидимое заклинание просвистело к цели, чуть не забрызгало Патрицию, стоявшую у кромки воды, но футляр от якоря всё же отсоединило, и тот теперь болтался на поверхности.
– Патриция, – обратилась Ула к Пеларатти. – Ты можешь подлететь и схватить его!
– С чего это я?!
– С того, что с тебя и Алека только что сняли по кизиловому бутону! Не хочешь же ты рассказывать мамочке с папочкой, что команда не добрала бутонов только из-за того, что ты не сумела обернуться?
Пеларатти просверлила Нину взглядом, после чего с рычанием выдохнула воздух, сделала сальто прямо с места и обернулась летучей мышью. Всего за пару взмахов крыльев она оказалась у соляной чаши, схватила футляр и, вернувшись к одноклассникам, бросила добычу в руки Алеку.
– Это же шестигранный всезнайка! – воскликнула Нина и отобрала у брата деревянную призму. – Я такие однажды собирала, когда отбывала наказание у Ламетты. Вот это, – Нина провела пальцем по верхней грани, – вопрос, на который нужно ответить. Таких шесть, по одному на каждую грань. У каждой грани три секции, вот в этой, широкой, правой, само задание. Левая, узкая, говорит, какую букву из ответа взять. А среднюю квадратную секцию нужно просто крутить, – Нина стукнула пальчиком, и секция начала вращаться вокруг собственной оси, показывая разные буквы. – Из тех шести букв нужно составить слово.
Нина покрутила шестигранник ещё немного и обратилась к брату:
– Алек, какая формула у первого прокола?
– Логическая формула первого прокола – это кинетическая энергия клинка, делённая на плотность слоя, умноженную на площадь наконечника клинка в степени две третьих и умноженную на скорость регенерации слоя, всё это в сравнении с предельным коэффициентом предельной устойчивости слоя к протыканию.
– А у протыкания какая переменная?
– Латинская Р.
– Тогда здесь зашифровано слово «правда».
Патриция недовольно хлопнула крыльями в знак того, что хочет знать, как Нина разгадала загадку.
