Начал подтаивать снег, появились первые ручейки, на смену февралю пришел март, и стало быть, пришла весна. Согласитесь – и в прошлый год было то же самое. В апреле набухли почки на ветках все еще голых деревьев, на улице стало много теплее. Апрель – самый лучший месяц весны, месяц перемен, в этот месяц тает снег и становится много теплее – природа преображается. Но вскоре наступает спокойный и размеренный май, месяц, не склонный к скачкообразным изменениям в своем настроении. Май монотонен, терпелив и зануден. В этот месяц на деревьях, как в замедленной киносьемке, набухают и распускаются почки, и в первых числах мая деревья покрываются первыми зелененькими, как точечки, листочками. Покрываются постепенно и незаметно для нас под покровом ночи. И вслед за листочками, покрывшими собою деревья, мы тоже устремляемся к лету. Мы с радостью сбрасываем с себя куртки и до срока переодеваемся в летние наряды, а заодно и достаем из чуланов велосипеды, вместе с роликовыми коньками. А на майские праздники все за город – на природу, за запахом шашлыков и первой любовью. Но скоро наступит лето, наступит пора отпусков и придет время пришлой любви, той опьяняющей и отрезвляющей любви, от которой остается только прах воспоминаний.
Точно так было и в прошлом году – ничего нового, все без перемен. А ведь еще совсем недавно били куранты, и мы чокались, и наши сердца надеялись на новое счастье в ожидании праздничного салюта, но нет ничего нового в нашей жизни, все по-старому, год от года по-старому…
Лето, как мало оно длится, всего-то три месяца коротких, а отпуск и того меньше. Мы целый год жили в ожидании отпуска, и вот он пролетел одним днем. Но год-то назад было то же самое. Та же Турция или та же Греция – и опять на работу, и скоро осень – и нет любви, и время расставаниям пришло. И на смену летним ярким и солнечным дням придут другие дни. Дни осенние – тоскливые и дождливые, все под стать нашему настроению. И мы опять, не замечая того, приспособились к настроению природы… И опять без перемен, так было и десять лет назад, и двадцать, и тридцать – ничего не изменилось. Мы все так же влюблены в осень, а она все так же влюблена в нас.
Слякоть, грязь на улицах, повсюду лужи, и мы то и дело перескакиваем через них, мы все время промокаем и не выпускаем из рук зонтов, а тут еще какой-нибудь негодяй, любитель опрометчивой, резкой и быстрой езды, возьмет да и обдаст тебя грязью с головы до ног. Напасть за напастью, от дождя к дождю, от осени к осени. И лишь лето бабье из года в год возвращает нас на недельку-другую в лето красное, зазря пропитое и пропетое нами…
И в осень ту гадкую никто из нас уже и не вспомнит о тех загаданных нами желаниях в то мгновение, когда мы открывали шампанское под бой курантов десять месяцев тому назад, – все коту под хвост, лишь бы насморк по дороге на работу не подцепить.
Но наступила последняя неделя декабря, и мы вновь живем предчувствием Нового года, и вновь ждем перемен к лучшему, и загадываем все новые и новые желания, которым вряд ли, будет суждено сбыться и в этот раз. И так из года в год одно и то же, предчувствие перемен в новогоднюю ночь, перемен, которым не суждено будет сбыться. Каждый год мы попадаем в ловушку настроения природного. В каждый Новый год мы впадаем в самообман и живем грезами, но не будет никаких перемен в природе и в сказочной стране. Да, по правде сказать, и страны-то такой нет, а может, и есть… Но мы-то ее… не знаем.
