– Здравствуй, Всеволод, меня зовут Агата. Я давняя подружка Марты, она дала мне твой телефон и сказала, что к тебе всегда можно обратиться за помощью.
– А что случилось?
– У меня недавно муж умер. Мне одиноко и холодно!
– Тогда приезжай ко мне. Вдвоем легче одиночество переносить…
– Иду к тебе!!!
Агата медленно встала с кресла, ее лицо оживилось, на нем появилось подобие замороженной в холодильнике улыбки. Вдова достала из кармана халатика телефон и связалась с диспетчером таксомоторного парка.
– Диспетчер городского такси номер один, слушаю вас…
– Добрый вечер. Мне нужно доехать до деревни…
– Это будет за город. Двести пятьдесят рублей.
– Записывайте адрес…
Агата продиктовала свой адрес.
– Ожидайте машину в течение десяти минут.
Агата спустилась на лифте на первый этаж, вышла из подъезда на улицу. Перед подъездом ее уже поджидало такси. Накрапывал мелкий дождик, через минуту перешедший в град. Агата села в машину.
– Куда вам?
– К другу…
– Я не про это.
– А про что?
– Куда вас отвезти? Девушка, хватит мне голову морочить, или едем или нет?
– Я же сказала – едем… К другу!!!
– Девушка, с вами все в порядке?
Водитель несколько раз пощелкал своими пальчиками перед лицом пассажирки, пытаясь вывести ее из заторможенного состояния. Вдова коснулась руки водителя своей рукой и отвела ее в сторону – от лица. В эту же секунду левая часть туловища таксиста охолодела, начиная от пальчиков, через всю руку и предплечье, вплоть до самого сердца, в результате чего он весь онемел. А золотистые очки, сдвинутые на нос, примерзли блестящими дужками к его ушам.
– Со мною да. А с вами?
Вдова обратила внимание на то, что водитель раскрыл рот и лицо его стало белее снега. Агата испугалась этого и быстро отдернула руку. Водило вдавил голову в плечи и сглотнул слюну. Смертельный холодок сразу отступил от сердца. Холодок отступил, а хлынувшая к лицу кровь оживила испуганного таксиста и дала волю его словам.
– Адрес вашего друга назовите, пожалуйста? – пролепетал, заикаясь от смертельного страха и уставившись в руль лицом, таксист.
С этими словами с дужек очков, сдвинутых на его глаза, слетела изморозь, и они отлипли от ушей вместе с прилипшей к ним кожей. У водилы защипало за ушами, из-под ушей наружу просочилась кровь.
– Деревня Забулдыгино, дом 85 F… Поехали же уже скорей!
– Понял вас, сию минуту – уже еду… Водитель отжал сцепление, передернул рычаг коробки скоростей и отъехал от подъезда.
Всеволод четыре дня назад в очередной раз повздорил с Анной и пребывал в тоске и нерешительности. Дело неизбежно шло к запою. Он сидел в столовой и намыливался заглотить целиком очередную рюмку коньяка. Он был в том состоянии, когда ты еще не пьян, но уже и навеселе. Лицо у скульптора расслабилось и не выглядело дерганым, ни один мускул не играл огнем на его раскрасневшемся лице. Алкоголь уравновесил нервную систему скульптора, и он второй час кряду пребывал предо мной раскрасневшимся меланхоликом и только что и делал, что поигрывал рюмкой, а заодно и беззлобно рассуждал о своих взаимоотношениях с Анной, точно что бранил ее. Но после того, как позвонила Агата… Скульптор преобразился… Он ожил, забыл про Анну… и заулыбался, учуяв своим донжуановским нутром свой новый романчик… Почуяв запах сладкого, скульптор просиял до ушей и раскраснелся пуще прежнего…
– Что, Сева, заулыбался? – я в этот вечер был в гостях у соседа.
– Да нет, я не улыбаюсь. Понимаешь, у девчонки недавно муж умер и ей нужно сочувствие и внимание. Ты только представь себе, как ей сейчас одиноко! Да, впрочем, откуда тебе знать про это, что ты можешь вообще понимать? – скульптор небрежно махнул рукой в мою сторону и закончил свою мысль до конца. – Ей очень одиноко, она в помощи и понимании нуждается – врачевании души.
– В утешении, ты это имеешь в виду?
– Ну да.
– Сев, ты ее пока утешай, а я спать пойду, мне пора… – я решил закругляться с гостями…
– Посиди немного, пока она не приедет.
– Зачем?
– Тебе что, жалко?
Это был железный аргумент, мне ничего не было жалко для такого соседа.
– Хорошо, посижу…
Минут через десять-пятнадцать раздалось несколько коротких гудков подряд клаксона автомобиля. За окном подул сильный порывистый ветер, так что в доме закачались подвешенные к потолку светильники. Пронзительный свист от ветра был отчетливо слышен в каждом углу дома. Мне стало холодно и не по себе, стало жутковато от этого звука.
– Приехала!!! – Вадим, пойди встреть.
– А ты что, сам не можешь это сделать? Лень задницу свою от стула оторвать?
– Я раздет, видишь, я в футболке.
– Так оденься.
– Ну ладно тебе, Вадим, встреть, пожалуйста, тебе что, жалко?
– Мне для тебя ничего не жалко, сосед…
Я вышел за дверь, спустился с крылечка и вышел за ворота. Из машины стоявшей у ворот, вышла женщина – незнакомая мне женщина, лицо которой было достаточно сложно сразу же разглядеть под покровом ночи.
– Вы, как я понимаю, Агата?
– Да.
– Меня Вадим Васильевичем зовут, я сосед Всеволода. Вы с таксистом рассчитались по деньгам?
– Нет.
