— Простите… а вы вообще кто? — с неожиданным вызовом поинтересовалась будущая народная артистка. — Вы что, пытаетесь сорвать нашу сделку?
Илья ощутил жгучее желание отвесить Алине подзатыльник.
— Кто я? Папа римский. Принес тебе благую весть о том, что еще можно спасти твою мелкую продажную душонку. Поняла?
Алина умолкла и уставилась на него, обалдело хлопая наклеенными ресницами.
— Отлично! Есть контакт! Теперь слушай внимательно. Сейчас я достану чековую книжку и выпишу тебе сумму, которая покроет все твои расходы на альбом, хорошего пиарщика, композитора, парикмахера и прочую шушеру, которая так нужна звездам. А затем выведу тебя за дверь и познакомлю со всеми продюсерами, которых я знаю. А знаю я немало. И будешь ты жить долго и счастливо, петь песни, снимать клипы и звездить по мере возможностей. А про контракт с Демоном и про продажу таланта забудешь, словно мы вообще никогда не встречались. И прочтешь три раза «Отче наш», на всякий случай. Договорились?
Алина смотрела на Илью во все глаза.
— Называй сумму! — сказал он.
— Какую сумму?
— Которая тебе нужна на раскрутку. Пятьсот тысяч долларов хватит?
Челюсть Алины сама по себе поехала вниз.
— Стойте, стойте, — сказала Алина слабым голосом, взяла со стола бутылку коньяку, налила себе в бокал, глотнула, поморщилась. Затем снова подняла глаза на Илью. — Во-первых, что за тон? Во-вторых, если вы хотите меня у него перекупить, что я должна вам взамен?
— Ничего. Вообще. Единственная моя просьба — откажись от продажи таланта.
Алина в замешательстве смотрела на Илью.
— У вас какое-то пари, что ли? Кто больше даст?
Глупая курица!
— Да, у нас пари. Мы развлекаемся, раздавая деньги кому ни попадя. Думай, что хочешь. Ты знаешь, кто он. Я — твой шанс спасти собственную душу.
— Почему душу? Про душу он ничего не говорил, только про талант! — воскликнула девушка.
Илья сделал глубокий вдох и взял Алину за плечи.
— Ты вообще понимаешь, что происходит? — спросил он почти шепотом. — Что ты сейчас заключаешь договор с…
— С дьяволом. Понимаю! — кивнула Алина.
— И тебя ничего не смущает?
Девушка помолчала, глянула на Илью, усмехнулась.
— А разве у меня есть какие-то другие варианты?
Илья ухватил Алину за тонкие ледяные пальцы.
— Есть! Я твой другой вариант! Я не такой всемогущий, как этот хер в капюшоне, но я помогу тебе прославиться совершенно безвозмездно! И тебе потом не придется всю жизнь жалеть, что ты продала единственное, чем можешь по-настоящему гордиться. Божью искру, которая в тебе есть!
Алина вырвала руки и попятилась.
— Не знаю, кто ты — свидетель Иеговы, племянник Далай Ламы или еще кто, но давай без проповедей! Не надо мне тут про Божью искру! Оборжаться! Если Он дал мне эту искру, что ж я не могу ее никуда приткнуть? Так и помру, талантливая, но неизвестная! А в телеке одни бездарные рыла — и это, типа, божественная справедливость?
— Ты уже завтра станешь такой же бездарностью, если продашь талант! — напомнил Илья. — Ни слуха, ни голоса.
Алина уперла руки в бока и покачала головой.
— Илюша, ты, может, и хороший человек, но такой дурак! Нахер мне этот голос вообще сдался? Мне мужик нужен нормальный, с деньгами! Тогда и голос будет, не мой, правда, за бабло на студии записанный, и клипы достойные, и гастроли. Как у всех этих, — кивнула она в сторону двери, — которые, типа, звезды. Пятьсот тысяч он мне предложил, ха! Я их потрачу за год, на тот же альбом и на оплату радио-ротаций! А жить я где буду? И на что? Петь до пенсии в трусах на Дне нефтяника, чтобы ипотеку лет через двадцать оплатить? И как ты, такой волшебник, сможешь договориться, чтобы я сегодня получила гран-при? Отсосешь у генерального спонсора?
Лицо Алины, перекошенное злобой, окончательно потеряло свою миловидность.
— Наконец-то у меня появилась возможность получить то, чего я заслуживаю! А тут приходишь ты и читаешь мне мораль? Насмешил! От такого не отказываются! Только попробуй мне помешать! Я за этот шанс любому глотку перегрызу! Ясно? А Божий дар твоя небесная канцелярия пусть заберет обратно! И засунет себе в… Все равно от него никакой пользы!
Илья подошел к Алине, вытащил из-под вычурного колье крохотный серебряный крестик, который он приметил у девушки на шее еще вчера, и ухватился за него, как за последний аргумент.
— То есть тебя не беспокоит, что ты потом, возможно…
— Попаду в ад? — насмешливо спросила Алина. — Не надо мне про ад! Ад — это напрасные надежды! И мечты, которые никогда не сбываются!
Илья открыл рот, чтобы парировать… но понял, что на самом деле ему нечего сказать. Глядя сверху вниз в злые, насмешливые глаза певички из караоке-клуба, он вдруг смутился. Где-то глубоко внутри, в самом потаенном уголке души невидимая струна отозвалась в унисон ее словам про напрасные надежды. Размалеванная девица с наклеенными ресницами была абсолютно права!
Заметив внезапное замешательство Ильи, Алина вдруг потеплела, пододвинулась к нему совсем близко и прошептала:
