— Скажешь, что у тебя творческий кризис, — махнул рукой Демон. — И они наймут кого-нибудь писать за тебя! Ты же сам знаешь, как работает система!
Федор растерянно помолчал.
— Дайте мне подумать, — сказал писатель Демону. — Сутки.
— Час назад хотел с крыши прыгать, а сейчас кокетничаешь? — вкрадчиво спросил Скупщик, перестав улыбаться.
Он молниеносно встал с дивана и тут же оказался нос к носу с писателем, глянув на него сверху вниз. Комната зазвенела и поплыла. Фигура в капюшоне вдруг стала выше и темнее. Демон ухватил щуплого писателя за горло и легко приподнял над полом.
Илья не мог видеть того, что увидел Федор, но лицо писателя, смотревшего в лицо Демону, стало серым, как у покойника. Выскользнувший из рук телефон грохнулся на пол и разлетелся на части.
— Я имею право! — прохрипел белыми губами Левковский, закрыв в ужасе глаза. — Свобода воли!..
Демон разжал когтистую лапу, и Федор рухнул на пол.
— У тебя двадцать четыре часа! — сообщил Скупщик зловеще.
Затем, как ни в чем не бывало, подошел к Илье, вцепившемуся руками в стол, и заглянул в картонную коробку.
— Будешь доедать? — поинтересовался Демон у Ильи и, не дожидаясь ответа, мигом сожрал последний кусок пиццы.
Очутившись в машине, Скупщик принюхался и задумчиво прикрыл глаза.
— Это Живанши, «Ange ou Demon»! Символично! — хохотнул он, поджигая собственным пальцем сигарету. — Но банально! — повернулся он к Илье. — Твоя художница, кажется, весьма скучная особа!
— Эксперт!.. — хмыкнул Илья, выруливая на дорогу.
Илья пообещал себе не бояться Демона, но всякий раз, когда адская тварь в его присутствии приходила в ярость, на Илью неизменно накатывал дикий, необъяснимый ужас. Может, Скупщик намеренно источает вокруг себя флюиды страха? Ну что он ему сделает? Откусит голову, как гигантский адский богомол?
Илья улыбнулся. Ну разве что в тот момент, когда слетевший с катушек писатель Левковский откажется продавать Демону талант…
— Ты совсем не переживаешь, что я могу отобрать у тебя клиента? — поинтересовался Илья.
— Не смеши! — Скупщик сыпанул пепла на кожаные чехлы. — Поломается и согласится!
Илья покачал головой. А может, и не согласится.
— Ты же не воздействуешь на клиентов… телепатически? — уточнил он после паузы.
Демон расхохотался.
— Я Скупщик, а не гипнотизер. Закон всегда один — человек по собственной воле делает выбор и сам несет за это ответственность. У меня просто нет полномочий нарушать правила игры. И да, вся эта фигня про ответственность за грехи предков — чушь собачья. Каждый отвечает за себя, и ты тоже, мой мальчик!
Илья иронично улыбнулся.
На телефон пришла смс. Илья достал аппарат, глянул на экран, нахмурился. Сообщение было от Романа. Прочтя сообщение, Илья прикинул, как быстро сможет доехать до Люблино.
— Слушай, у меня срочное дело… — сказал он Демону.
— Что, у кого-то головушка бо-бо? — наивно поинтересовался Скупщик.
Похоже, Демон читает смс в его телефоне с такой же легкостью, как мысли в его голове.
— Типа того… — кивнул Илья. — И не только головушка!
— Я с тобой, — обрадовался парень в капюшоне. — Ты же не против? Давненько я не видел, чтобы возмездие настигало людей так быстро!
Скупщик потер руки в предвкушении веселухи. Радио неожиданно включилось само по себе и выдало тягучий гитарный риф.
— There was a time, — затянул голосом солиста Скупщик, — when I was so broken hearted…
«Love wasn’t much of a friend of mine!..» — ответило ему радио.
Илья покачал головой и выехал на проспект.
Всю дорогу у него было ощущение, что он везет подвыпившего приятеля, которому вздумалось горланить рок-баллады. К приемному покою клинической больницы № 68 они подкатили под звуки орущей в салоне музыки, словно малолетки, взявшие у отца машину погонять. Но Илья вдруг понял, что ему начинает нравиться «Aerosmith».
Нужную палату нашли почти сразу. Симпатичная медсестра, обладательница внушительной груди, сообщила, что время для посещений уже закончилось. Но Демон, оторвав взгляд от ее округлостей, пообещал вкрадчиво, что «они быстренько», и медсестра с кокетливой улыбкой кивнула: «Проходите!».
Из бинтов на Илью пялились два бессмысленных карих глаза. Вернее, они пялились не на Илью, а в потолок. И даже еще выше — в неразличимые дали, проглядывающие сквозь покрытую трещинами беленую поверхность. Илье пришлось подойти вплотную и пощелкать пальцами перед носом человека, лежащего на старенькой узкой больничной кровати.
Зрачки дернулись, лениво поплыли в сторону Ильи и застыли. Казалось, прошла вечность, прежде чем они сфокусируются.
— Привет, — одними губами произнес человек на кровати, кажется, почти не удивившись.
Илья никогда не видел, чтобы человеческое тело было так обильно покрыто бинтами. Одна нога и обе руки от предплечий до кончиков пальцев в гипсе. На шее бандаж. Голова перемотана, как после контузии. Покрытые коркой разбитые губы, опухшая лиловая переносица.
— Тебя бульдозером, что ли, переехало? — спросил Илья.
