Седой одевался, одевал туфли собой, надел рубаху, реглан, брюки и пальто.
- Эй, сейчас сходим в магазин, я пива хочу, - сказал Немец мужикам.
Немец повернулся и медленно пошел по ступенькам, лифта в этом доме не было. Ведь это двухэтажный дом. Седой взял ключи от квартиры, которые лежали на шкафу. Заперев квартиру, Седой направился к ступенькам. Было слышно как Немец вышел на улицу. Хлопнули двери. Седой не очень быстрым шагом пошел по лестнице вниз. Он вышел и увидел, что лимузин Немца стоит возле тротуара. Седой кинулся к своему мерсу. Шофер сидел и спокойно ел сандвич.
- Давай за угол! - сказал Седой шоферу.
Шофер положил сандвич и завел машину. Мотор заработал и машина поехала за угол. Угол был в нескольких метрах.
- Стоп!
Мотор заглох. Седой смотрел на вход магазина. Через минуту из магазина вышел Немец с тремя бутылками пива и одной бутылкой русской водки.
- У него хороший вкус, - подумал Седой.
Немец и его телохранители сели в лимузин, поехали.
Машина Седого поехала только тогда, когда проехал Немец. Ехали они на расстоянии метров десяти от лимузина. Седой сначала внимательно смотрел за машиной, но потом понял, что шофер и так следит за ней.
Седой смотрел в окно. Да, нечего сказать, город красивый! Может и есть там несколько кварталов, где мусор разбросан прямо на улице, дома не покрашены, много бандитов. Но это всего лишь несколько кварталов. Остальные же нормальные улицы в этом городе - просто супер. Покрашенные дома с красивыми крышами, много деревьев и травы, предприятий, фабрик, заводов, музеи и много чего другого. Но в грязных кварталах нет даже плохого музея.
Сейчас был конец весны. Начиналось лето. И было очень приятно Седому смотреть на эти зазеленевшие травы, цветы. Буквально пару дней назад он этого еще не замечал.
Тут машина Седого резко затормозила. У Седого перехватило дыхание. Он смотрел вперед. Лимузин остановился на краю города. Седой не заметил, что время прошло так быстро.
Лимузин остановился возле небольшого, но приличного здания. Если бы сейчас мафия с рэкетом не вели войну, Немец жил бы в центре города - в высоком небоскребе. А так Немец со своей бандой скрываются и проживают здесь.
Немец вышел из автомобиля, за ним вышло четверо телохранителей. Они направились к двери в здание. Седой сразу вышел из мерса, когда Немец с телохранителями зашли внутрь. Шофер удивленно посмотрел на него:
- Что вы хотите сделать?
- Я? Я хочу... Я даже не знаю...
Шофер протянул Седому пистолет ТТ:
- Я знаю что вы хотите?
- Я только догадываюсь - ответил Седой.
***
Я представлял эту книгу как
Всегда
Запиши
А запишется
Когда сможется
Сожмется
Не роняй достоинства
Классик говорил - "классики советовали"
А классик советовал пути держаться
Честь не ронять
И отвечать за свои слова
Почти по понятиям
По воле случая
Но по моей воле.
путешествие. Как мой и твой путь в далекую страну. Как твой и мой путь домой. Но уже больше 3-х лет этот текст сам диктует мне правила. Он показывает мне, что любые буквы,
Курносый мальчик
Вышел из дома
Тяжело вздыхает
Пятится наугад.
Но не рыдает
Глядит прямой линией
Будем выбираться
И я этому рад.
За курносым мальчиком
Знамя.несем.Смело.
Ничего не боимся
Песни поем.
В мальчика не верим
Выбираем боем
Всю возможность
Рядом с ним идти.
любые словосочетание на бумаге, любое движение руки, любая мысль по поводу книги, любой сюжет или история - это одно и тоже.
Можно описать космический полет, историю несчастной и не любящей никого женщины, исчезающего друга, написать стихи о солнце и прошлом, написать песню, снять кино, построить дом, вырастить детей, убить человека, прыгнуть с крыши, принимать наркотики, смеяться, плакать, выть, лежать, рыть, управлять другими, ехать, лететь, лететь по-настоящему, и все же это единственный шаг, который я сделал в сторону дороги, чтобы проникнуть сразу на все улицы вселенной. Единственный крохотный шаг -
Спустился в метро,
Бракованный человек.
Спустилось метро,
Сколько тебе лет,
Жалкий метрополитен?
60-70?
Уйди на хуй
Сучий хрен. Я - бракованный человек! А не ты!
касается асфальта моя нога в твердой скалистой обуви.
- Осторожно, молодой человек...
Мужчина коснулся моего плеча и обошел сбоку. Легонько взглянул в глаза, прошел своей ветровкой возле, успокаивающие стихающие шаги в сторону, туда, куда мне никогда не добраться.
Но мы на одной плоскости, хоть и движемся в разные стороны. Существование каждого разрывает другого. Существование каждого дает другому жизнь.
Выстраивать буквы могу вечно, вырываться и находиться могу всегда.
Теперь самое время рассказать вам о людях.
Это человек, у которого все получится.
Это человек, который про него рассказал.
Это человек, которого невозможно понять.
Это человек, который постоянно врет.
Это человек, которого нельзя ронять.
Это человек, который древностью дышит.
Это человек - победитель по жизни.
Это человек, который всех слышит.
Это человек, нет, его, свисни (хахаха, свисни!)
Это человек - я.
Это человек - ты.
Я не знаю всех. Но те, которых я знаю (или кажется, что узнал) - из одного племени.
Все все понимают. И все знают, что делать.
