Солнце сегодня выглянуло. На лице Соркоша невольно проступило грустное выражение - верхняя губа к носу, уголки рта натянуты вниз. Если глубоко закрыть глаза и представить, что ты не Соркош и на секунду (может быть) в это поверить, то откроешь глаза, а все вернулось на круги своя, в тело Соркаша, тело Соркаша не исчезнет, пока не умрешь. Боялся ли ты, Соркош, сделать что-то с собой, убить себя? Прыгнуть? Нет. Боязнь не удержать тело и разбить голову об зеркало. Зайти в туалет, закрыть за собой дверь, в последний раз услышать голос знакомого в комнате, и разбить голову глазами об зеркало, ртом об зеркало, нос в нос зеркального зеркала, не больно, а справедливо и колко, со злостью, месть за мое существование, единственное выходное понятие, выходное пособие, выдайте мне выходное пособие, зрачками в зрачки собственные, если в другие влиться не получается. Вдох. Выдох.
Стихи как отрывки меня
Блуждающий черновик
Нет сил на себя
Жизни сил нет на меня
Водопад брыщет
Луна ушла за угол
Ищет
Кусок мира
Чтобы жить
И не думать о жизни.
***
- Давайте еще рывок. Понятно, что тяжело, но хотя бы 1 факт перед тем, как мы начнем говорить о стуле, - сказал Я за Мной.
- Любой факт, - произнес я в комнате голосом.
- Что будет со мной? - спросил Я за Мной.
- Рамки тебя размыты, - произнес я в комнате голосом, - с тобой сложно наладить контакт, потому что ты это я, только в другом времени. Поэтому с тобой будет то, что сейчас происходит со мной.
- То есть я застывший персонаж?
- Скорее текучий.
- Сквозной?
- Ну, не льсти себе, все мы сквозные, - сказал Седой.
Молчание.
***
Лениво размазывалось небо, буквы. Тишина вечерняя, темнота беззвучная. Комната как была, так и есть. Опустошение Соркаша мешало ему найти точку опоры или самому стать опорой. Вдохи и выдохи не давали понять, что делать, не давали разобраться в ситуации, не давали вообще ничего, кроме себя самого. Соркош трогал себя, смотря на других. Сам себя не привлекал, не ценил, не любил, не чувствовал по поводу себя вообще ничего, кроме себя самого.
Жизнь Соркоша не являла собой ничего, кроме сейчас. Поступков не было, потому что поступок - это то, что уже прошло. Идей не было, потому что идея - это то, что осмысленно. Жизни не было, потому что почти не было смерти. Смерть удалялась с ее возможным началом, только поздоровайся со смертью, только удиви пыльную истину и сразу вырежут тебя, как небывалую небыль. Наслоения одинаковых слов, рифм, буквожуйство, ассоциативные ряды, корни - все это слово единое. Каждое слово рифмуется с другим словом, только в другой проекции. Каждый стих - повторение одного слова по кругу и с разных ракурсов. Каждый миг - повторение одного мига с разных сторон, в графике, в сложнонаслоенном, в предмете, в яйце, в сыне и отце, в матери.
Соркош хочет сделать движение. Проявить себя как сюжетная линия. С ответвлением. На удовольствие. Секс и деньги. Прыть и серьги. Уважение без унижения. Унижение с уважением.
Соркош открывает утром глаза. Соркош закрывает вечером глаза. День уже идет, вечер еще не закончился. Нет начала, нет конца. Не помнишь как родился, не вспомнишь как умрешь. Что я пропустил? Я не досмотрел!
Соркош лежит в комнате. Комната залечила в себе Соркаша, если смотреть на комнату сквозь его ощущения. Комната была комнатой вне зависимости от того, был в ней Соркош или нет. Комнату создавал я, а не Соркош, пусть даже я создал просто слово - "комната". Соркоша я поместил в комнату. Вы уже, наверное, поняли, что Соркош не замечает меня. Не смотрит в меня. Смирился со своей объективизацией в мире. Почти скоро придет момент разбития головы. А всего лишь посмотреть на меня, не боятся, увидеть и я стану Соркошем, а Соркош мной. Так привидится Соркошу. Или мне. Попытка за пыткой, колесо за цепочкой, мыслеформы за словообразами, удивление за радостью, сладостью, масть, мать, ю, вась, ты, лю, ее, лю?
Соркош барахтается в буднях.
***
День выглядел вчерашним. Ступившимся, оступившимся, плоскостью наложенного начала и ориентировочно параболического конца. Открытые глаза Соркоша внимали желтой белизне потолка. Движения тела закрутили по часам тик-тик-тик, по степенным часам, по времени, по словам, летящим в сторону Соркоша, от которых не спрячешься, не убежишь, не прилипнешь к моменту сейчас, не растворишься в нем, словно ты будда открыл лотос и открыл все в голове всего.
