– Пожалуйста! – позвала Белина, сделав вид, что споткнулась, и ее голос стал таким визгливым, что Дален не мог поверить своим ушам. Она вела себя, как девица из песен бардов, ее рубашка была разорвана, кровь текла по лицу. Она оглянулась и подмигнула Далену. – Помогите мне! Он хочет меня убить!
– Проклятие, Белина. Почему ты всегда используешь меня как наживку?
Дален вытащил меч из ножен и приготовился встретить трех гвардейцев, также обнаживших клинки и направившихся к Белине. Он не хотел убивать солдат, но не сомневался, что они не разделят подобных чувств, когда дело дойдет до него.
Театрально размахивая руками, Белина бросилась на пол. Далену казалось, что он наблюдал со стороны за настоящим спектаклем.
Три королевских гвардейца, сжимая в руках мечи, встали между ним и женщиной.
– Положи оружие на землю, и мы закончим до того, как начнется что-то нехорошее для тебя, – сказал один из них, пошире расставляя ноги. – Ты один, а нас трое.
Белина, держа по ножу в каждой руке, встала на ноги за спиной у гвардейцев.
– Белина, никаких убийств!
Недоумение на лицах гвардейцев могло соперничать лишь с почти комично нахмуренным лбом Белины. Она прищурилась, а потом вздохнула. Когда ближайший к ней гвардеец повернулся, чтобы посмотреть, что происходит у него за спиной, она вонзила нож между пластинами доспехов ему в локоть, но не стала его вытаскивать, и гвардеец выронил меч. Когда он взвыл от боли, Белина схватила его за шлем и потянула к себе. Вторым ножом она перерезала кожаный ремешок, который удерживал шлем, сорвала его и несколько раз ударила несчастного по голове рукоятью ножа, после чего отбросила шлем.
Два других гвардейца отвернулись от Далена и вместе шагнули к женщине. Они широко размахнулись мечами – насколько позволял коридор, – собираясь разрубить ее пополам, но она нырнула вниз и резко дернула каждого за ногу. Один стал падать назад, тяжелые доспехи помешали ему сохранить равновесие, и он рухнул на пол. Второй устоял, ухватившись за стену.
Дален убрал меч в ножны, прыгнул к оставшемуся гвардейцу, врезался в него и сбил с ног. От удара о закованного в доспехи воина юноша задохнулся, казалось, будто он налетел на каменную стену. Другой солдат попытался подняться, одновременно ударив коленом Далена в живот, и его едва не вырвало. Он развернулся, уселся на грудь гвардейца и двумя руками стиснул горло, затем поднял его голову и принялся колотить ею о каменный пол, пока тело не обмякло. Тяжело дыша, Дален опустился на пол рядом с солдатом, с его лба капал пот, легкие горели. Он видел, как поднималась и опускалась грудь лежавшей рядом с ним женщины. Да, не убивать очень трудно, но он сражался бок о бок с этими мужчинами и женщинами. Они не были его врагами.
Раздался крик, Дален поднял голову и увидел, как Белина перекатилась мимо последнего гвардейца и воткнула нож ему в икру. Выхватив из сапога второй нож, она вонзила в его другую ногу, а потом, оказавшись на спине, лягнула его сзади под колено. Мужчина взвыл, упал вперед, и его рука потянулась, чтобы вырвать ножи, торчавшие из обеих икр. Как только он упал, Белина подтянула ноги к груди и одним движением вскочила, совершив акробатический трюк, который Дален никогда не сумел бы повторить.
Белина сделала шаг вперед и лягнула кричавшего мужчину в лицо, его голова дернулась назад, и он потерял сознание.
– Проклятие! – Белина подняла ногу, схватила ее двумя руками и запрыгала на другой. – Дерьмо, как больно. – Ее лицо исказила гримаса, она поставила ногу на пол и вздохнула.
– В самом деле? – сказал Дален, когда Белина помогла ему встать, продолжая стонать от боли в ноге.
– Что?
– Помогите мне! Он хочет меня убить! – Дален постарался повторить крик Белины, еще сильнее повысив голос для драматического эффекта.
– О, забудь. Ты слишком склонен к театральности.
– Это ты обо мне?
– Не убивать! – насмешливо сказала Белина, расставив ладони в стороны.
Дален покачал головой, посмотрел на гвардейцев – у одного торчал нож, вонзенный между пластинами доспехов выше правого локтя, другой остался с ножами в обеих икрах.
– Неужели это было обязательно?
– Ты прав, мне не следовало так поступать, – согласилась Белина.
– Правда? – Дален не сумел скрыть удивления.
Белина крайне редко с ним соглашалась, а то, что она произнесла это вслух… реже случаются только затмения.
– Правда. Мне бы следовало вежливо их попросить и показать сиськи. – Она усмехнулась. – Уверена, у меня бы получилось. Все любят сиськи. Я…
– Белина.
– Что?
– Перестань повторять про сиськи. Я тебя понял. Пожалуйста. Прекрати.
Усмешка на лице женщины стала еще шире, она подмигнула Далену, вытащила ножи из тел лежавших без сознания гвардейцев, и лягнула одного из них в голову, когда боль заставила его прийти в себя.
– Давай просто покончим с этим. – Дален повернул ручку и толкнул дверь.
