Именно его гнев сумела использовать Тень – в результате Айвон стал причиной смерти ближайшего друга, человека, которого знал всю жизнь и который ему всегда верил.
Теперь на плечи сына Артура легла тяжесть ответственности за жизнь народа Белдуара, но Даймон не выдержал этого бремени.
И вновь никто его не понимал. Айвон отнял у Даймона отца, стал причиной этой боли. И теперь, какую бы дорогу они ни выбрали, Айвон не позволит Даймону остаться одному. Не позволит.
Кира сидела на троне, который стоял на помосте в зале совета, скрестив ноги и опираясь подбородком на костяшки пальцев правой руки. Она находилась здесь уже около часа. И хотя доспехи идеально ей подходили, тело все равно чесалось в нескольких местах. Одно дело, когда надеваешь их в сражении, и совсем другое, если не снимаешь в течение всего дня. Сталь ее утомляла, ложилась тяжким бременем на плечи. Но она носила доспехи потому, что таким был ее долг. Она вела войну. И не имело значения, произнесено ли это слово вслух. Война шла. И, несмотря ни на что, не с людьми, не с народом Белдуара. Война шла между гномами. Она бы никогда не попросила своих воинов поднять топоры против соплеменников, если бы сама не была готова сделать это.
Не имело значения, играл Даймон какую-то роль в случившемся или нет, у нее не оставалось ни малейших сомнений в том, что не он придумал коварный план. У него не хватило бы ума, он был занят тем, что старался удовлетворить самолюбие сидевшего в нем обидчивого ребенка и мечтал только об одном – стать таким, как его отец. В некотором смысле Кира даже его жалела. Артур Брин был сильным правителем, и она его уважала. Жить в его тени было непросто. Но жалость не помешает ей его раздавить, если потребуется. Нет, Даймон не больше чем марионетка, которая плясала, повинуясь кому-то другому.
Эления, Хоффнар и Пулроун. По меньшей мере один из них предал всех. Кира мрачно рассмеялась, откинувшись на спинку трона, и ее взгляд остановился на статуях богов и пустых тронах, стоявших на помосте вокруг нее.
Гномий союз был создан почти тысячу лет назад, после столетий войн между царствами. Несмотря на некоторое количество недостатков, он позволял сохранять мир. Именно по этой причине камень под горой не знал крови гномов, и каждое царство процветало. Теперь складывалось впечатление, что мирные времена остались в прошлом.
До Киры дошли слухи от путников той ночью, что Хоффнар мертв. Сначала Кира не поверила. Конечно, этого не могло быть.
В последующие дни она пыталась посылать разведчиков в Волькур, Азмар и Озрин, но все три царства закрыли свои ветроходы – и она последовала их примеру. Шли дни, появились послы от Элении и Пулроун, но от Хоффнара так никто и не прибыл, а ветроходы в Волькур остались закрытыми. Либо все, кто имел хоть какие-то права, боролись за трон, сражаясь друг с другом, или за атаками на других правителей стоял Хоффнар, который готовился к войне.
Пулроун и Эления заверили Киру в своей непричастности и предложили помощь в сдерживании жителей Белдуара в Даракдаре, которую она приняла при условии, что обе царицы лично прибудут в Даракдар. Ее советники дружно заявили, что ей не следует принимать их помощь. Но, если за покушениями стоял кто-то из них или обе, лучше было держать их как можно ближе. Они не могли начать войну, оставаясь в окружении армий Киры.
Кира встала, повернулась к статуе Гефесира, стоявшей за ее троном. Кузнец, бог – покровитель всех гномов. Их создатель. Кира верила в богов, но отличалась от фанатиков, которые использовали извращенную веру в предопределенность существования, чтобы оправдать свои деяния. Она оставалась хозяйкой своей судьбы, выбирала путь, который определяла ее воля. Она не унаследовала корону, как короли и королевы людей и эльфов. Она ее заслужила – Киру выбрал народ, чтобы она вела его за собой, – таков был обычай гномов. И все же она не могла не задавать вопрос: «Почему?» Кира перевела взгляд с топора в руке Гефесира к толстым доспехам на его груди и руках, к бороде с вплетенными в нее кольцами.
– Мы твой народ. Почему ты не вмешиваешься, когда мы собираемся проливать кровь друг друга?
Она не рассчитывала на ответ. Боги не слушают шепот смертных. Кира вздохнула и провела рукой по волосам с вплетенными в них кольцами.
Звук громкого удара донесся из короткого коридора, затем она услышала шаги и крики. Кира повернулась к двойным дверям.
– Стойте. Вы не можете просто…
Двери распахнулись, и в зал вошли Дален Вирандр и его спутник – они швырнули мужчину в плаще на пол.
– Вот ваше доказательство. – Дален посмотрел снизу вверх на царицу, стоявшую на полукруглом помосте в центре зала, за спиной у нее выстроились боги, со стен свисали флаги царств гномов.
На Кире были те же доспехи, в которых она приходила на встречу возле водопада. Пара длинных рукоятей боевых топоров виднелись у нее на поясе, и еще один большой топор с двумя лезвиями стоял возле трона. Она приготовилась к войне.
