– Ты виноват? Айвон, ты не имеешь к этому никакого отношения. Ты всегда оставался рядом с ним. Даже сейчас, после того, как тебя едва из-за него не убили. – Дален сделал глубокий вдох, немного помолчал, а потом выдохнул. – Я не говорил Кире о том, что сделал Даймон. – Дален увидел, что мужчина удивлен, и еще немного опустил меч. Учитывая ранения Айвона, юноша не сомневался, что сумеет с ним справиться и уйти с убийцей, в особенности с помощью Белины, но не хотел так поступать. – Я уже говорил тебе, мы пришли сюда, чтобы обеспечить безопасность жителей Белдуара. Мне наплевать на то, что Даймона могут повесить, но прямо сейчас нам следует скрыть его вину, чтобы спасти народ Белдуара.
Айвон собрался что-то ответить, но на его лице появилось понимание, и он промолчал. Прежде чем Дален успел сказать что-то еще, Белина шагнула вперед.
– Я слышала достаточно, хватит мериться членами. Вместо того чтобы прикончить жалкую крысу, которую вы называете королем, Дален пришел сюда, спасая это сопливое дерьмо. И, если тебе не наплевать, всех остальных, попавших в каменный загон для скота. Я надеюсь, у тебя хватит ума это понять.
– Белина. Ты же знаешь, что я люблю этих людей, я…
– Помолчи, Айвон. Мы знаем друг друга достаточно давно, и я прекрасно понимаю выражение твоего лица. Ты упрям, как гора, даже в самые лучшие времена, а сейчас я вижу, что настали худшие. Оставь красивые слова о чести и долге, и прочем дерьме. Дален мог уйти. Более того, я его об этом просила. Однако он остался. Несмотря на то, что твой жалкий, трусливой король попытался свалить на него вину за собственную некомпетентность, Дален остался. Я вижу, что сейчас в твоем толстом черепе роятся совсем другие мысли. Но, если ты веришь в то, что говорил о желании сохранить жизнь народу Белдуара, ты позволишь нам забрать этого человека и отвести его к Кире. Если ты откажешься, я швырну тебя на твою безмозглую задницу и воткну нож в ту руку, которой ты себя ублажаешь. А потом мы уведем убийцу отсюда. – Белина пожала плечами. – И, пока мы ведем с тобой разговоры, ты называешь гномов клятвопреступниками, а сам служишь королю, думающему лишь о том, чтобы спасти свою шкуру, а не о голодающем и страдающем народе, который он дал клятву защищать. Я лишь однажды говорила с Кирой, но мне совершенно очевидно, что в ее мизинце на ноге гораздо больше честности, чем в крысином ублюдке. И еще…
– Белина. – Дален положил руку ей на плечо, и, к его удивлению, она замолчала, глядя ему в глаза, губы у нее дрожали. Дален наклонил голову и мягко ей улыбнулся, потом повернулся к Айвону и шагнул мимо его клинка. – Твой долг в том, чтобы защитить народ Белдуара, мужчин и женщин, которые голодают и болеют. А также детей, которые могут больше не увидеть света солнца и не стать взрослыми. Ты должен им. А не ему. Они оказались здесь из-за того, что сделал он, и я не позволю им заплатить за это своими жизнями. Не позволю! – Далена трясло, он стиснул челюсти, пытаясь унять дрожь, и посмотрел Айвону в глаза, пытаясь взять под контроль дыхание. – Если ты не позволишь нам забрать убийцу, Даймон и все остальные умрут от голода и болезней. Их смерть будет медленной и мучительной. И даже если тебе наплевать на этих людей, во что я ни секунды не верю, у Даймона есть только один шанс уцелеть – если мы уведем убийцу.
Айвон смотрел на Далена, его глаза были обведены темно-алыми кругами. Он медленно опустил меч и кивнул.
– Забирайте его. Отведите к Кире. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы вразумить Даймона. У него доброе сердце. Он просто потерялся.
После того как Белина и Дален ушли вместе с убийцей, Айвон оперся спиной о каменную стену и соскользнул на пол.
Он провел руками по гладкой коже головы; когда-то у него были густые черные волосы.
Он был причиной этих событий. Всех, от начала и до конца. Если бы он не проявил слабость, Тень никогда не сумела бы проникнуть в Белдуар. И Артур до сих пор сидел бы на троне. Даймону не пришлось бы нести бремя власти, и он учился бы у человека, который гораздо лучше Айвона разбирался в хитросплетениях власти. Белдуар оставался бы неприступным, и народ – его народ – не оказался бы в каменной ловушке под скалами, не стал бы жертвой прихотей враждующих гномов и не голодал бы.
Айвон с трудом сглотнул и провел по шраму в том месте, где прежде было ухо. Он тяжело вздохнул. Айвон получил это ранение в тот день, когда Глубинные Охотники захватили Элиану и Криса. Крики Криса до сих пор преследовали Айвона в ночных кошмарах, эхом раздавались в его ушах, когда он просыпался, преследовали днем и ночью.
Никто не понимал. Ни Артур, ни Эйсон. Они всегда говорили ему, что не следовало винить гномов в том, что случилось. И что, если бы они вернулись, все бы погибли.
Айвон предпочел бы смерть. Но в этом и состояла проблема. Гномы отняли у него такую возможность. Они помешали ему умереть вместе с семьей, вынудили продолжать жить без теплых прикосновений губ Элианы, без пытливых вопросов Криса.
