Кейлен посмотрел на Илию, которую продолжал держать на руках, точно слишком рано родившегося ребенка, слабого и хрупкого. Ее голова так и осталась повернута налево, веки закрыты, но он видел, как метались под ними ее глаза.
– Мы уже почти на месте, – прошептал он.
Когда Эрик налег плечом на дверь и начал ее осторожно открывать, Кейлен потянулся к Искре. Он не стал трогать ее нити, но сделал так, чтобы они оставались рядом и парили, пульсируя, в его сознании на случай, если ему потребуется магия. Теперь, когда они вернулись в город, он чувствовал, как в воздухе пульсировала энергия, – и это скрывало его от магов Империи до тех пор, пока он сам не потянет за нити стихий. Он чувствовал, как мощно работали крылья Валериса – дракон мчался к Бероне быстрее, чем самая легконогая лошадь или корабль, поднявший все паруса.
Дракон парил над облаками, оставаясь невидимым для всех, кто находился на земле.
– Вполне возможно, что это ловушка, – сказал Вейрил, когда к нему подошли Эрик и Фритц, помогавшие Гейлерону идти.
– Да, почти наверняка. – Эрик пожал плечами. – Но нам не выйти из города с двумя эльфами и Кейленом – ведь мы выглядим так, словно недавно приняли ванну из крови. К тому же мы долго находились в туннелях и пустошах, где сражались с Тенями и безумием. Я слишком давно не убивал существ, которые пытались бы убить меня.
– Слушайте, слушайте, – прошептал в ответ Тармон, сжимая короткий меч в свободной руке – Ласх все еще лежал у него на плече.
Нижний этаж мастерской освещался только луной, лучи которой проникали через окна, выходившие на главную улицу. Но даже в тусклом свете они смогли разглядеть красное сияние доспехов преторианцев.
Комната была заполнена телами, всюду валялись перевернутые ведра с гусиными и индюшачьими перьями, плававшими в лужах крови, рядом лежали наконечники и древки стрел.
– Мы опоздали…
– Нет. – Вейрил опустился на четвереньки, чтобы лучше разглядеть мертвецов. – Это люди Империи. Одиннадцать преторианцев и инквизитор. – Вейрил кивнул в сторону тела женщины в красной одежде, лежавшей в углу комнаты в луже крови и перьев, ее левая рука была отсечена у плеча.
– Проклятие, ты прав, – прошептал Кейлен.
Кейлен повернул голову налево, в сторону сводчатого дверного проема в стене. Вейрил поднялся на ноги и принял стойку «начинающийся рассвет». Эрик выскользнул из-под руки Гейлерона и вытащил клинки, оставив Фритца поддерживать эльфа. Тармон поднял меч, готовясь опустить Ласха на пол, если потребуется.
В дверном проеме стоял мужчина в гладких зеленых пластинчатых доспехах, скрывавших все тело. Он был без шлема и выглядел старше Кейлена на пять или шесть лет.
Его каштановые волосы спадали на плечи, и он улыбался, что казалось странным в комнате, полной мертвых тел. На его груди Кейлен увидел знакомый знак: перевернутый меч, пронзающий сияющее солнце на фоне белоснежных доспехов.
Кейлен видел такие необычные доспехи и символ лишь однажды, на воинах в Кингпассе.
Мужчина поднял руки в латных рукавицах.
– Успокойтесь. Я полагаю, здесь уже достаточно крови для одной ночи. Мне жаль тех, кто будет наводить тут порядок.
– Он с нами, – сказала Золото, шагнув в дверной проем мимо воина. – Нам нужно как можно скорее отсюда уходить. Нас предали. Тарка – вы знали его под именем Черный – все это время служил Инквизиции. Он семь лет с нами. Семь лет, а я ничего не замечала.
– Сожалеть будем потом, Сурин, – сказал воин. – Сейчас нам необходимо вывести дралейда и его спутников из города. Сюда идут другие инквизиторы, и полагаю, они сильно разозлятся, когда увидят, что здесь произошло.
Сурин кивнула, и на ее лице появилась печальная улыбка. Она показала на дверной проем.
– Пойдем. Там находится выход из города. Когда Тарка нас предал, он сдал сеть наших агентов по всему городу. Те, кого мы сумели спасти, уже ушли.
Кейлен жестом показал, чтобы все остальные последовали за Сурин. Когда Фритц и Эрик помогли пройти Гейлерону, Кейлен подошел к воину в зеленых доспехах.
– Меня зовут Лирин, – сказал тот. – Рад, что я, наконец, тебя увидел. Ты ниже, чем я думал.
– Ты один из них. – Не сводя взгляда с Лирина, чувствуя, как у него перехватывает дыхание, Кейлен поудобнее перехватил Илию.
– Да, я рыцарь Акерона. Как Арден. Или Хейм. Впрочем, для меня до сих пор странно звучит его первое имя. Кстати, если я позволю одному из ублюдков, насылающих Порчу, коснуться хотя бы волоска на твоей голове, он будет очень недоволен. Так что нам не следует здесь задерживаться.
Когда Кейлен услышал произнесенное вслух имя брата, в груди у него защемило. Почему они называют его Арден? Кейлен отогнал эту мысль подальше, туда, где уже скопилось немало других. Он кивнул и шагнул мимо Лирина в комнату, где Сурин ждала их у люка в полу.
Она жестом предложила Кейлену начать спускаться, но кивнула на Илию, которую он продолжал держать на руках.
– Тебе потребуются руки, чтобы преодолеть последнюю часть спуска. Я передам ее тебе сверху.
