– Фарвен. – Элла, хромая, подошла к Фарвен и обняла ее. Эльфийка удивилась, а потом обняла Эллу. – Спасибо тебе за все. Пожалуйста, передай мою благодарность Корен и скажи, что я обязательно вернусь.
Фарвен отстранилась от Эллы и кивнула.
– Я так и сделаю, Элла Фьорн. Я рада, что познакомилась с тобой. Из тебя получится превосходный друид. Пусть за тобой присматривают боги.
Фарвен повернулась и исчезла в ночи.
Данн крякнул, поднимаясь по лестнице, все мышцы спины и рук у него отчаянно болели. Он каждый день фехтовал с Кейленом. Данн презирал меч и ненавидел вставать до восхода солнца, но с тех пор, как они прибыли в Аравелл, Кейлена постоянно дергали все, кому удавалось до него добраться.
Тренировки с мечом стали единственным способом проводить время с другом. А после того как он дал клятву, он должен был ей соответствовать.
Кроме того, днем он тренировался в стрельбе из лука вместе с Алеа и Лирей. Лирей даже снова начала говорить после того, как ее навестил Эйсон.
Они говорили недолго, но после того как Эйсон ушел, Лирей стала такой же, как прежде.
В целом Данн чувствовал себя предельно уставшим. Но это было самое счастливое время за последние несколько месяцев. И он не собирался терять эти ощущения, когда толкнул дверь, находившуюся в конце лестницы.
Комната была в три раза больше, чем та, в которой он жил в Прогалине. У дальней стены стояли две кровати и два небольших столика. Между столиками, на стуле, скрестив ноги, сидела Лоура – она пришла вместе с Кейленом и другими повстанцами через Выжженные земли – и держала в руках книгу, переплетенную в зеленую кожу. Она подняла голову, когда Данн вошел, поднесла палец к губам, положила книгу на стол и встала.
– Они спят, – прошептала она, коснувшись рукой плеча Данна и подталкивая его к нише в стене, расположенной слева от двери, через которую он вошел.
Они вышли на балкон, озаренный лунным светом. Ветер и дождь стихли, воздух стал теплым – приближалось лето.
– Как они? – спросил Данн, поворачиваясь к Лоуре.
Она была старше его всего на год или два. Ее волосы спускались ниже плеч и всегда были распущенными. Илия, мать Риста, страдала от ночных кошмаров с того самого момента, как они пришли в Аравелл, и Лоура, вместе с другими, вызвалась присматривать за ней по ночам. Данн часто их навещал, когда знал, что она на месте.
– Хорошо. – Лоура повернулась и посмотрела в комнату. – Сегодня они ели больше, чем вчера. И спрашивали про тебя и дралейда – я имею в виду Кейлена.
Данн рассмеялся.
– Он немного обижается, если ты называешь его «дралейд». Он такой. А я бы радовался, если бы ко мне так обращались.
Лоура улыбнулась, и лунный свет отразился в ее глазах.
– Спасибо тебе, – сказал Данн, положив руку на балюстраду из белого камня, потом обернулся и посмотрел на Илию и Ласха, спавших в своих постелях, – за то, что о них заботишься.
Лоура покачала головой.
– Это меньшее, что я могу сделать. Кейлен привел нас сюда из Бероны. Я ее ненавидела – всегда оглядываться через плечо, опасаться, что за мной придут, и с каждым днем страх становился сильнее. К тому же я люблю тишину. У меня появляется возможность читать.
– А чем ты занималась в Бероне? – спросил Данн.
Улыбка увяла на лице Лоуры, и она положила правую руку на левую.
– Я была осведомительницей. Я… – Она посмотрела на Данна, ее обуревали сомнения. – Я работала куртизанкой. Многие мои клиенты занимали высокое положение в Круге, некоторые принадлежали к аристократии Бероны. Мужчины часто любят поговорить в постели. Я передавала полученные сведения Сурин, а она – Ингват.
Прежде Данн никогда не бывал в городах, но знал, кто такие куртизанки. И понимал, почему сидеть рядом с Ласхом и Илией и читать стало для Лоуры приятным занятием.
– Но теперь ты здесь.
Лоура кивнула, и на ее губах появилась грустная улыбка.
– Там на улице Друнир. – Данн наклонился над балюстрадой и свистнул.
В ответ послышалось радостное ржание.
– Тебе следует его почистить. – Радость вернулась в улыбку Лоуры, она рассмеялась и ткнула Данна пальцем в грудь. – Или я буду ругаться…
– Я его чищу, чищу, снова и снова. Но это дело обоюдное. Я чищу его, а он меня. Потом мы вместе поем песню, ну, точнее, я пою, а ему приходится слушать, потому что он лошадь.
– Ты идиот, – со смехом сказала Лоура.
– К вашим услугам. – Данн отвесил шуточный поклон. – Иди, ты ей нравишься больше меня. Или поспи немного. А я посижу с ними, пока не придет кто-нибудь другой.
Лоура посмотрела на Данна, ее взгляд смягчился, и она кивнула:
– Только не пей здесь снова вино.
Данн поднял руки.
– Клянусь именем Элиары. А кто придет после тебя?
– Ладно. – Лоура прищурилась, пытаясь что-то отыскать в глазах Данна. – Ингват придет через несколько часов, чтобы посидеть с ними до конца ночи.
– Ой. – Данн нахмурился. – Только не Ингват. Ей достаточно бросить на меня один взгляд, и я уже чувствую себя виноватым.
– Это она может… но только если ты что-то натворил. – Лоура знающе улыбнулась, вернулась в комнату, проверила Илию и Ласха, потом улыбнулась на прощание Данну и закрыла за собой дверь.
