Сквозь войну и руины полностью

В сочетании с армиями Лории, Шаманы араков в Мар-Доруле, Колмире и горах Марин пытались расширить бреши. Во время атаки Отмеченных кровью пал Миркен в Мар-Доруле. Дейнин погиб в Дрифтстоуне от удара черного клинка Тени, и его душа теперь была обречена скитаться в бездне.

Они потеряли и других – всего восемь рыцарей.

Каллинвару ничего не оставалось, как разбивать на части отделения Ордена. Он смотрел на каменную карту, высеченную на столе, и видел, как пульсации зеленого света распространяются по континенту. Олирия и Третье находились в пятидесяти милях от Верлиона. Армитис и Шестое сражались с араками у подножия Мар-Дорула, рядом с Аргинуотчем. Восьмое билось у восточной границы Выжженных земель, хотя Каллинвар почувствовал, как погиб брат-капитан Ривик, и его смерть обожгла Печать. Всего только четыре отряда оставались в храме – Первый, Второй, Седьмой и Девятый. И только тридцать шесть рыцарей из сорока продолжали дышать.

Он недооценил Фейна. У рыцарей было четыре столетия для подготовки, однако они терпели поражение. Если бы во главе оставался Вератин, Каллинвар не сомневался, что он сделал бы лучшие выводы из прошлого, чем он.

Вератин никогда не повторял прежних ошибок. Мысли Каллинвара вернулись к Падению, он вспомнил погибших братьев и сестер, людей, которых подвел. Он поднял руку в латной рукавице и ударил кулаком по каменному столу с такой силой, что по нему пошли трещины.

На его плечо легла рука, он повернулся и увидел смотревшую на него Руон, чьи зеленые глаза мерцали в пламени свечей.

– Боль путь к силе.

Каллинвар вздохнул и кивнул, вновь обратив взгляд на стол.

– Мы не проиграем, Каллинвар. Мы не можем.

Когда Руон заговорила, красный свет начал мерцать в центре Выжженных земель. Каллинвар повернулся к карте и уставился на него.

– Что это? – Руон наклонилась над столом.

Он объяснил ей, как мысленно расположил точки схождения Порчи на карте и использовал эту технику, чтобы представить себе всю картину.

То же самое место вновь стало пульсировать посреди мрака Выжженных земель. Влажное ощущение Порчи постоянно усиливалось, пульсации превратились в рябь, красный свет распространялся во все стороны.

Каллинвар отступил на шаг, он все понял.

– Ильнейн.

Руон, прищурившись, посмотрела на него.

– Он вернулся в Ильнейн. – Каллинвар лихорадочно думал.

Порча всегда так плотно покрывала Выжженные земли, что определить место, где брешь в вуали была самой большой, не удавалось. Но теперь он ее увидел, и почувствовал себя глупцом – как он раньше этого не понимал.

– Он вернулся туда, где все началось.

«Время пришло, дитя мое, – голос Акерона прозвучал в сознании Каллинвара впервые с того момента, как на небо взошла Кровавая Луна. – Я дам тебе мою силу. Ты должен закрыть брешь до того, как через нее пройдут слишком многие».

Каллинвар отступил от стола. Огонь пылал в его венах, лед заморозил кожу. Зеленый свет Разлома возник в нескольких футах от края стола, и он быстро увеличивался.

– Рыцари Акерона! – вскричал Каллинвар. Рыцари подошли к нему, некоторые едва переставляли ноги, их переполняли усталость и чувство утраты. – Время пришло. Я знаю, где прячется Фейн. Мы снова отправляемся в Ильнейн.

Он услышал шепот.

– Такова наша цель, братья и сестры. Смысл нашего существования. Мы рыцари Акерона, и мы остановим Тень. – Каллинвар потянулся в сторону покрытого рябью черного бассейна, висевшего в воздухе. – Мы снова войдем в Разлом.

Данн задыхался и кашлял, а когда он вскочил на ноги, с его головы посыпался пепел. Перед глазами все затуманилось, мир вокруг окрасился в оранжевые цвета, стремительно мелькали тени. Приглушенные крики и вой смешались со звоном в ушах.

Он попытался стереть пальцами грязь и пепел с лица и почувствовал жжение в глазах. Наконец, когда к нему вернулось зрение, он увидел, что оранжевая пелена возникла от пожара, поглощавшего лес. Пламя захватывало плотную листву, поднималось вверх по стволам деревьев, превращало зеленый полог над головой в искры и пепел, сквозь который проникал свет Кровавой Луны. Данн прикрыл рот и нос плащом. Если бы драконий огонь не пробил дыры в листве, он бы задохнулся от дыма.

Он сделал несколько шагов в сторону и споткнулся. Лишь ствол дерева помешал ему упасть. Данн опустил взгляд и увидел, что он задел нижнюю часть разорванного надвое тела солдата Лории, чьи внутренности вывалились на землю. Он тряхнул головой и снова закашлялся, чувствуя, как пересохли губы и рот.

Ему на плечо легла рука, но он в панике тут же ее сбросил, сделал шаг назад, потерял равновесие и упал на толстый корень, в воздух поднялась туча пепла. Данн посмотрел вверх и увидел Лирей. Ее волосы покрывали кровь и пепел, лицо почернело. Она помогла ему подняться на ноги.

– Ты ранен? – Лирей коснулась его щеки с нежностью, которой он никогда не замечал в эльфах, ее золотые глаза внимательно его изучали.