– Если мы войдем в Волькур с солидным войском, Лакар, не будет никаких военных действий. Со всем уважением, именно твой предшественник стал причиной нестабильности в наших царствах. Мы… – Эления замолчала и прищурилась, услышав шаги снаружи зала.
Кира услышала голоса, затем наступило молчание. Она повернула голову, однако высокая спинка стула помешала ей увидеть дверь.
– Мирлак?
Эления тряхнула головой и посмотрела на Лакара.
– Мы не можем допустить неопределенности в наших царствах. Ветроходы Волькура оставались закрытыми слишком долго. Мы должны навести порядок внутри наших границ.
– Ты предлагаешь разделить Волькур между нашими царствами? Это опасный план, Эления, – возразил Лакар.
– Это правильный план, – настаивала на своем Эления. – Как ты сам сказал, наши царства нуждаются в стабильности. А Волькур представляет ее полную противоположность. Если мы распределим ресурсы и народ Волькура между собой, а Белдуар, обосновавшийся у наших ворот, будет восстановлен, мы снова будем в безопасности.
Кира сделала глубокий вдох и перевела взгляд с Элении на Лакара. Она еще не решила, чью сторону принять. Оба говорили разумные вещи, но Кира устала от крови и смерти. Она услышала, как за ее спиной со скрипом отворились стальные двери.
– Мирлак, все в порядке?
Ответа не последовало, но по каменному полу застучали шаги.
Кира повернулась так, чтобы увидеть вошедших гномов.
– Мирлак?
Эления ахнула и вскочила на ноги, но что-то с глухим звуком ударило ее в спину, толкнув обратно.
– Мирлаку немного нездоровится, – ответил голос.
Что-то пролетело мимо лица Киры, упало на стол, прокатилось по камню и ударилось в блюдо с теплым мясом. Кира стиснула зубы и схватила нож, увидев голову Мирлака, с которой капала кровь. Она попыталась вскочить со стула, и почувствовала панику, когда тело не подчинилось. Казалось, ее удерживали на месте невидимые путы. Она огляделась по сторонам и увидела, что Лакар и Эления также не могут встать.
Кира принялась бороться с невидимыми путами, когда к столу подошел гном в рогатом шлеме, скрывавшем лицо, поверх доспехов был надет черно-желтый плащ. На плече лежал тяжелый топор с двумя лезвиями.
– Я искренне сожалею, что все сложилось именно так, – продолжал гном, и его голос показался Кире знакомым.
Он кивнул в сторону стоявшего с противоположной стороны стола человека.
Невидимые путы Киры натянулись сильнее. Гном почесал усыпанную кольцами бороду левой рукой, подошел к Лакару, снял шлем и положил его на стол.
– Хоффнар? – Кира не сумела скрыть потрясение, глядя на суровое угловатое лицо короля Волькура Хоффнара. – Мы думали, что ты мертв.
– Да, – сказал Хоффнар, постукивая пальцем по верхушке шлема. За спиной Киры послышались новые шаги, в зал входили гномы в черно-желтых плащах Волькура. – Это было частью плана. Гораздо легче перемещаться, когда все считают тебя мертвым. – Он вздохнул и подошел к Элении. – Наш народ слишком долго прятался под горой, – продолжил он, внимательно изучая Киру темными глазами. – Наше время пришло, Кира. Всюду воцарился хаос. Империя испытывает огромные трудности, люди на Юге подняли восстание, эльфы и араки убивают всех, кто встречается на их пути. Наступило время для сильной руки гномов.
Хоффнар взялся за древко топора с двумя лезвиями и прежде, чем Кира успела даже подумать, замахнулся – крик Элении длился лишь долю секунды перед тем, как толстая сталь ударила ее под носом и рассекла лицо. Затрещали сломанные зубы и кости, брызнула кровь. Хоффнар крякнул и вытащил топор, верхняя часть головы Элении со стуком соскользнула на пол.
Кире хотелось закричать, но от шока, сковавшего ее, она не смогла выдавить ни звука, когда тело Элении рухнуло вперед, изуродованная голова глухо ударилась о стол, заливая камень кровью.
– Я не стану терять время и вдаваться в детали, – продолжал Хоффнар, словно ничего не произошло. – Пулроун
– Нет, пожалуйста, ты не должен…
Топор Хоффнара рассек шею Лакара, и голова короля покатилась по полу. Хоффнар положил окровавленный топор на стол и направился к Кире.
