– И тогда, – Жерро радостно воздел руки к небу, – мы все будем счастливы. Люди успокоятся, а мы сможем заняться нашими врагами. Эвери, вы поступили правильно, созвав нас, – эти проблемы требуют самого пристального внимания.
– Существует еще одна проблема, Кристиан, – с мрачным удовлетворением произнес Эвери, – и не менее важная. Пол Хелер жив.
– Тот старый математик, по поводу которого у вас пунктик? Да, знаю. Вы сообщили об этом несколько недель назад, и мне показалось тогда, что вы страшно напуганы.
– Один из моих лучших агентов внедрился к Мастеровым Центральной Калифорнии. Он сообщает, что Хелеру удалось построить генератор куполов – точнее, он очень близок к решению.
Это была вторая сенсационная новость, которую Эвери сообщил своим коллегам; в некотором смысле она поражала даже больше. Космические полеты – это одно, некоторые ничем не примечательные страны могли осуществлять их даже перед Войной. Купола – совсем другое дело. То, что враг может владеть их секретом, было так же невероятно и нежелательно, как черти в храме.
– Абсурд! – возмутился Жерро. – Как мог старик-одиночка раскрыть тайну, которую мы тщательно оберегали все эти годы?
– Вы забываете, Кристиан, что именно этот старик-одиночка изобрел купола! В течение десяти лет после Войны он кочевал из одной лаборатории в другую, постоянно на шаг опережая нас и делая все возможное, чтобы с нами покончить. А потом он исчез, да так умело, что только я один из всех основателей верил, что он прячется где-то и строит против нас козни. Я оказался прав: он обладает удивительной способностью к выживанию.
– Простите, Гамильтон, но мне трудно в это поверить. Кроме свидетельства единственного человека, у вас нет никаких доказательств. Мне кажется, вы всегда преувеличивали значение Хелера. Возможно, некоторые оригинальные идеи и принадлежали ему, но ведь это изобретение воплотили в жизнь другие ученые из лаборатории вашего отца. Кроме того, для генератора нужен ядерный реактор и огромные конденсаторы. Мастеровые никогда…
Тиуланг замолчал, потому что понял наконец: если кто-то в состоянии спрятать космический корабль, то ему не составит никакого труда скрыть реактор.
– Теперь понимаете? – сказал Эвери.
Тиуланг не входил в исследовательскую группу отца Эвери и не был в состоянии оценить способности Хелера. В разработке проекта участвовали многие. Однако теоретической стороной вопроса занимался один Хелер. Разумеется, историю позднее пришлось переписать. Прошло много лет, а Эвери до сих пор помнил ярость на лице Хелера, когда тот сообразил, что не просто придумал «чудовище» (так Пол называл свое изобретение), но и помог сохранить в тайне достижения лаборатории. Это вряд ли удалось бы, если бы он один не заменил собой целую команду теоретиков. Было ясно, что он собирается рассказать обо всем руководству, и Гамильтону Эвери было приказано заткнуть математику рот. Только ему отец мог доверить такое поручение. Эвери не справился с заданием. Это была его первая – и последняя – неудача за все годы, но он никогда о ней не забывал.
– Он где-то здесь, Кей Ти, не сомневайтесь. А мой агент – та самая Делла Лу, которая сумела выполнить в Монголии работу, оказавшуюся не по зубам вашим людям. Ей можно верить… Неужели вы не понимаете, где мы окажемся, если ничего не предпринимать? Если у них есть космические корабли и купола, значит их силы превосходят наши. Нас отбросят в сторону так же легко, как мы это сделали со старыми правительствами.
Мудрецы Нделанте Али утверждали, что Единый Истинный Бог знает и видит все.
Теперь Вили казалось, что он сам обладает такими же способностями: он научился пользоваться датчиками, которые крепились на голове и усиливали работу мозга. Каждый раз, вспоминая, как он отказывался от симбиотических программ, называя их костылями для слабого ума, Вили краснел. Если бы только Джереми – который в конечном итоге убедил Вили воспользоваться ими – мог его сейчас увидеть! Сейчас он разделал бы под орех Джонка Роберто Ричардсона.
Джереми предполагал, что приятелю понадобится несколько месяцев на то, чтобы научиться пользоваться датчиками, однако у Вили было такое чувство, что он просто вспомнил давно забытое умение. Удивился даже Пол. Несколько дней ушло на настройку. Сначала ощущения были едва уловимыми, не имеющими никакого отношения к реальности. На то, чтобы сопоставить одно с другим, у людей обычно уходил не один месяц. Тут Вили очень помогла Джилл. Вили разговаривал с ней и одновременно экспериментировал с параметрами сигнала, сообщая, что он видит, а Джилл изменяла результат так, чтобы он соответствовал ожиданиям Вили. Через неделю юноша мог общаться с компьютером, не открывая рта и не дотрагиваясь до клавиатуры. Прошло еще несколько дней, и Вили научился передавать визуальную информацию.
