Юшенг подошел к небольшому столику с кувшином и чашами, налил вина в одну из них и в два глотка осушил. Набор для вина был целиком из тончайшего китайского фарфора, Юшенг счел это за признак уважения, так как продавались такие вещи с его родины весьма дорого. Впрочем, в уважении императора можно было не сомневаться. Выделенные для гостей покои богато украшались портьерными тканями в виде перегородок посреди комнат, удобными пуфами, подушками и затейливыми картинами. Все было уютно, комфортно и очень богато.
Хань Юшенг привык к определенному уровню роскоши, он воспитывался при дворце и император являлся его дядей, то есть маминым родным братом. Мамы не стало довольно рано, но жены и наложницы дяди заботились о нем так же, как и о прямых наследных принцах. Он получил полное образование, обучался боевым искусствам, каллиграфии, умел играть на цитре, в шахматы и отлично скакал на лошади. В свои двадцать четыре, считался завидным женихом, обращая на себя внимание местных красавиц. Царский трон никогда не манил Юшенга своей властью, так как подрастал родной сын императора, и он уже был назначен Наследным принцем, но должность министра или генерала армии дядя ему обещал. Обещал через некоторое время после успешного выполнения миссии мира в Корё. Го Жун также сказал, что его дочь от одной из наложниц – Чо Люн проявляет интерес к Хань Юшенгу и возможно он станет королевским зятем.
Юшенг хорошо знал Чо Люн – молодая и привлекательная девушка мило краснела при встречах и прятала глаза. В раннем детстве, когда мальчикам и девочкам дозволялось гулять вместе, они провели немало счастливых часов в беззаботных играх, хотя она была значительно младше, но это время давно прошло, и Чо Люн выросла, девушки вырастают быстро, потерявшись в глубинах дворца. Один раз она с ним заговорила – голос напоминал перелив колокольчиков, это звучало красиво. Ее блестящие черные волосы всегда были распущены и затейливо украшены, как и положено молодым девушкам на выданье. Только при замужестве они уберутся в сложную высокую прическу. Чо Люн действительно превратилась в красавицу, но она не задевала струн души. Даже улыбаясь, заливаясь румянцем и касаясь рукавом платья его руки, проходя мимо – она вызывала лишь симпатию. Подруга детства, очень красивая, очень милая.
«Это моя женщина!»,– опять зазвучало в голове Хань Юшенга. Сердце забилось лишь при одном воспоминании о ней. Женщина императора на его руках – он помнил тепло ее тела и удивление, когда увидел открывшиеся глаза серого цвета. Вспомнил, как не хотел выпускать ее из рук. Как не чувствовал ее веса, а только смотрел на очень светлую кожу и подрагивающие ресницы. Как услышал странный голос, не такой нежный, как у большинства девушек, но такой волнующий. И ощущение, что время остановилось. И поток воздуха, закрутивший крошечные вихри на дороге, затягивающие сухие травинки и пыль. Холодного воздуха, который вдруг стал теплее.
40.
В комнату Хань Юшенга постучали, и вошел Лей Чень. Его обрадовало то, что господин уже не метался, а спокойно сидел на диванчике, пил вино и о чем-то думал.
– Господин, слуга императора Ван Со передал, что вас ждут во дворце для личной беседы с императором. И что лучше поторопиться, император вас ждет прямо сейчас. Лей Чень поклонился и вышел. Сегодня он хотел попадаться на глаза хозяину как можно реже, несмотря на то, что отношения между ними были скорее, дружеские, чем как между хозяином и слугой. Слишком часто Лей Ченю приходилось прикрывать спину Хань Юшенга и слишком многим не нравилось, что его хозяин – хоть и второй, но претендент на трон, так как при любой трагической случайности, которая может произойти с назначенным Наследным принцем китайской империи Чжоу, следующим избранным может быть он. Самым недовольным в раскладе наследования трона был тридцатилетний Хан Мён, племянник императора. Лей Чень пресекал уже не одну интригу с его стороны и был уверен, что они еще не закончились
Отложив поход в библиотеку до более удобного времени, Хань Юшенг поспешил во дворец. Странное и неожиданное приглашение было не похоже на приказ, но и просьбой тоже не являлось. Лей Чень шел рядом и не мог сказать ничего более того, что уже было произнесено. Теплый ветер прошелся по лицу Юшенга и он совершенно отчетливо представил Чжен в покоях с розовыми и салатным пологами.
Несколько минут проведенных у дверей дворца дала возможность главному евнуху императора доложить об их приходе, а им – отдышаться, так как быстрая ходьба немного утомила. Оба воина были приучены и к конным, и пешим длительным переходам, но сильная жара делала свое дело. Хотелось скорее оказаться в прохладе хорошо проветриваемых и вентилируемых помещений. Наконец двери дворца открылись и их пригласили внутрь.
– Десять тысяч лет жизни императору и благополучного правления Сыну неба желает Хань Юшенг, посланник императора Го Жуна. Стандартное приветствие, обязательные глубокие поклоны – этикет в императорском дворце должен соблюдаться неукоснительно, это обязательное правило.
