На глубине почти сорока четырёх километров, эта база находилась на необитаемом мире, который являлся крепостью, удерживавшей всего несколько десятков разумных машин. Невероятно опасных, хитрых, но в то же время слишком безумных и нестабильных для всеобщего блага. Однако так как их технологии и знания имели невероятную ценность, то нам приходилось рисковать и изучать их, несмотря ни на что. И нельзя было сказать, что мы уже не добились чего-то стоящего.
Лучше всего мы успели разобраться в устройстве их нанитов — на их основе был создан мой доспех, который за почти более чем сотню лет не прекращал улучшаться. Однако пусть в плане эффективности наши технологии не сильно уступалин некронтир, но всё ещё оставались некоторые странности в их структуре, оставшиеся даже для лучших из нас тайнами.
Живой металл ксеносов поглощал любое излучение, включая электромагнитное, отчего казался чёрным, но не в каком-либо оттенке, созданном природой: глубокая, непроницаемая тьма, поглощающая весь свет, будто была вырезана из самой реальности. Машины каким-то образом могли скрыться от практически всех сенсоров, кроме созданных на основе работы с Призрачным ветром и Чёрным камнем. Даже варп становился бесполезен в попытках найти этих ксеносов, что не могло не интересовать меня — слишком опасны пророки, телепаты и ясновидцы, без которых мир точно стал бы лучше и спокойнее.
Также оставался вопрос источника энергии, который на протяжении десятков миллионов лет поддерживал их существование. В груди у ксеноса не было отделений для реактора, и лишь разобрав его корпус, после чего очистив его от всех частиц нанитов, становился виден источник энергии, поддерживавший работу живого металла.
Чёрный шар, способный свести моё понимание техники с ума, нарушал все известные законы физики. Там, где поток ядра должен был светиться ярче всего, как у ручной звезды, был только вихрь — бушующее отсутствие, потрескивающее вспышками тахионного излучения.
Пусть это и можно было заметить только с помощью самых тонких узкоспециализированных сенсоров, но пространство с временем начинали вести себя слишком странно вблизи с самыми продвинутыми реакторами некронов. Неразумные и более примитивные скелеты не могли похвастаться подобными артефактами, питаясь энергией более простых реакторов, однако прежде чем пытаться разобраться в их устройстве требовалось хотя бы попробовать сэкономить время и получить знания из кого-то, уже создавшего их.
Прямо сейчас один довольно влиятельный представитель Некронтир до сих пор находился в особом «сне» или вернее стазиса, во время которого их мыслительные процессы останавливались, однако наниты продолжали поддерживать форму механизма, при этом подпитываясь от одного невероятного реактора, производящего будто бы бесконечный поток энергии.
Мы уже можем взломать системы безопасности простейших ИИ этих ксеносов, отчего смогли определить самого полезного для нас специалиста. Вполне неудивительно, что мы не смогли взломать сознание главного инженера и учёного той династии некронтир, которую обнаружили, однако имелись и другие способы разговорить его. Без траты десятилетий на попытки найти ключ к их коду, а также рисков, что он сбежит или убьёт себя, прежде чем принесёт пользу.
И для личного допроса такого специалиста, я лично решил гарантировать выполнение дела. Слишком многое стояло на кону, и так как даже малейший намёк в сторону их секретов может открыть эру бесконечной чистой энергии и ещё тысячи их великих тайн, то шанс на ошибку отсутствовал. Как и всегда.
В повреждённых базах данных простейших воинов я видел на что способны их орудия, уничтожавшие целые миры и звёзды, а потому должен был выполнить миссию. Именно поэтому решил разговорить ксеноса, а не просто истребить его на месте. Потому и не стал двигаться, передав команду машине прийти в себя и увидев, как кристаллический глаз ксеноса вспыхнул изумрудным огнём.
— … Этот гнусный астролог пожалеет о том дне, когда решил пойти против всей династии и нарушил порядок рун для сдерживания трансцендентного осколка этого божка… — хриплый металлический голос, в котором проглядывалась лишь тень эмоций, первое время будто бы даже не осознавал, что происходит, и лишь спустя секунд тридцать до машины дошло, где она находится. — Что? Где я? И кто ты такой? О, звёздные боги, неужели это всё серьёзно? Я вспомнил ту примитивную пространственную ловушку, в которую попал в результате перипетий судьбы… Неужели так окончится моя история? Гнусно… Хм. Идиот, твой примитивный мозг вообще в состоянии понимать языки? Можешь, отвернуться, пока я кое-что попробую?
Ксенос сразу же начал крутить головой и что-то про себя говорить, пытаясь выбраться, однако всё было не так-то просто. Пусть мои машины и были защищены от всех известных мне способов воздействия, но один раз их уже выключили, а следовательно могут и снова использовать что-то, неизвестное мне.
