– Тебе не все равно. Я знаю, что это так. И ты никогда не попросишь своих людей принести в жертву их жизни, лишь бы ты смогла выйти замуж за возлюбленного.
– Я стану королевой лорда Диармайда, и мы избавим Ивериу от Керныва вместе, – настаивала принцесса.
– Тогда он должен победить на турнире. – На этот раз Бранвен собиралась уступить ее голосу.
– Ты просто ревнуешь, потому что у тебя нет возлюбленного!
Несмотря ни на что, Бранвен хмыкнула. Если бы ее кузина знала!
– Ты не должна быть такой эгоисткой, Эсси.
В глазах кузины показался гнев и застыл там.
– Леди Бранвен, пожалуйста, оставь меня наедине с моими мыслями.
– А как насчет твоей прически? – спросила она. Принцесса никогда не требовала, чтобы она удалилась. Даже в детстве.
– Я сама позабочусь о себе. – В каждом слове Эсси звучали королевские нотки, и в первый раз Бранвен подумала, что так оно и должно быть. – Ты можешь понадобиться матери, – добавила она, – но не мне.
Бранвен уставилась на свою кузину, размышляя, не стоит ли и в самом деле уйти. Эмоции накалились до предела. Да, она позволит Эсси выпустить пар.
Когда она повернулась, чтобы уйти, принцесса схватила ее за запястье. Бранвен ожидала, что на ее ладони сейчас появится знакомый вензель из двух букв.
Вместо этого Эсси сказала:
– Отдай это лорду Диармайду, когда он придет.
Кузина вынула из корсажа платок. Она сама его вышила. Вышивка была неряшливой, детской, но в буквах ошибки не было: переплетенные «Д» и «Э».
Бранвен ахнула:
– Ты с ума сошла? Король Энгус будет в ярости!
– Тебя это не касается, – сказала Эсси. – Принцессе разрешено выбирать себе бойца.
– Но только не на турнире претендентов на ее руку! Ты не можешь оказывать предпочтение кому-то среди потенциальных союзников Ивериу.
Принцесса встала.
– Это не твоя жизнь, Бранни. Моя. Я так устала от того, что ты говоришь мне, что мне делать!
Бранвен отшатнулась. Эсси сунула носовой платок прямо ей в руки; глаза девушки кололи слезы.
– Ты сделаешь, как я сказала. Я – твоя принцесса. Я приказываю.
От шока Бранвен потеряла дар речи.
В последний раз, когда Эсси приказала ей что-то сделать, Бранвен должна была залезть на яблоню и сорвать красное яблочко. Тогда она оступилась и упала, довольно сильно растянув лодыжку. Эсси чувствовала себя настолько виноватой, что плакала сильнее, чем ее пострадавшая кузина, и Бранвен никогда не рассказывала королеве Эсильте, почему она полезла на дерево.
Намеренно медленно девушка спрятала дар для лорда Диармайда в поясе платья. А потом, опустив глаза долу, сделала идеально выверенный реверанс:
– Как прикажете,
Когда она вышла из спальни кузины, ночь показалась Бранвен холодной и абсолютно пустой.
Кин тут же шагнул к ней, почесывая щеку. Она не хотела встречаться с его взглядом. Воин наверняка слышал, как кузины бранятся.
– Ты плачешь, леди Бранвен? – Нежность в его голосе ее озадачила.
Девушка покачала головой.
– Ладно, – мягко сказал он. – Просто дай мне знать, если захочешь немного поплакать в моей компании.
– Спасибо, Кин, – сказала она с благодарностью.
Бранвен помчалась по ступеням южной башни, пока все еще была способна сохранять самообладание.
Передачу платка лорду Диармайду можно было бы интерпретировать как акт предательства, работающий против интересов короны. По крайней мере, поступок поставил бы под угрозу честь Эсси, а это было равнозначно тому же. И все же ее кузина попросила, – нет,
Как принцесса, Эсси приказала ей, и, как преданная служанка своей госпожи, Бранвен повиновалась. Она пыталась доказать себе, что это был просто стресс перед турниром, который сказался на поведении ее кузины. После того как Эсси посетила разоренные деревни, ее мучали ночные кошмары, а предстоящее выполнение долга наследницы престола, должно быть, ожесточило ее сердце. Принцесса Эсильта всегда будет ее семьей и правительницей, но останется ли подругой, – это зависело от выбора, который могла для себя сделать Бранвен.
Недолго думая, она воспользовалась запретным носовым платком, чтобы утереть горькие слезы. Они были нежелательны. Как и это поручение. Очень, очень нежелательное.
Бранвен пересекла внутренний двор, пробираясь к пиршественному залу. Он был освещен сотнями восковых свечей. Воздух сотрясали звуки жуткой мелодии буйного келиоса. Она остановилась у входа и несколько раз улыбнулась. Никому из гостей не удалось бы заметить, что девушка расстроена. Конечно, она не была принцессой, но королева была ее тетей, а первый боец короля – ее дядей.
В этот вечер, среди потенциальных друзей и врагов, Бранвен тоже представляла Ивериу. Она сделает все возможное, чтобы не посрамить чести замка Ригани. Она помнит завет своих родителей – и Тантриса: сделать из врагов друзей.
Платок жег ей руку, вызывая зуд. Это была искра, которая могла спалить весь сноп. Бранвен считала, что не спалит, но боялась, что Эсси может сделать что-то еще более плохое.
