Сладкие черные волны полностью

Земля содрогнулась у нее под ногами. Почти буквально. Она увидела лису на валу, перебирающуюся между отрубленными головами. В них, освещенных лунным светом, была какая-то отвратительная красота.

Зверек убежал, и Бранвен скрылась в пиршественном зале. Стекла витража сверкали в свете огня, а ночью изображения казались ей совершенно целыми. Она едва могла разглядеть разделительные линии.

Встретив взгляд лорда Диармайда, она пристально посмотрела на него в ответ. Лорд нахмурился, потупился и затем последовал за ней в уединенное место.

– Леди Бранвен, ты прекрасно выглядишь.

– Дай мне руку, – сказала она, едва не рыча.

Диармайд поднял брови, когда Бранвен вложила в его ладонь носовой платок. Глядя на него, она промолвила:

– Я думаю, ты знаешь, что это такое, от кого, и почему ты не должен его принимать.

– Тогда почему ты его доставила?

– А как ты думаешь?

– У тебя острый язык, миледи. – Лорд Диармайд улыбнулся, но это было напрасно. Положив платок в карман, он сказал: – Тысяча извинений за твое беспокойство.

Бранвен не поверила его извинениям. Она собиралась сказать ему пару ласковых слов, но тут лорд бросил на нее предупреждающий взгляд.

– Доброй ночи, – приветствовал он кого-то через ее плечо, – леди королева.

Девушка чувствовала стыд и страх за то, что ее едва не уличила в предательстве женщина, которую она так любила.

– Вот ты где, дорогая, – сказала королева Эсильта, похлопывая ее по плечу.

Бранвен послала Диармайду выразительный взгляд, сообщающий, что он, как рыба, еще не слез со своего крючка. Потом нарисовала на лице улыбку и развернулась, чтобы поприветствовать королеву.

И тогда ее сердце остановилось.

Волна солнечных лучей на воде.

Тантрис.

Вечер поплыл и сжался вокруг нее.

Все шумы пиршества исчезли. Должно быть, Бранвен спала. Но был ли то обычный сон или кошмар?

Тантрис был окружен своими врагами – родственниками Бранвен.

Ее дядя Морхольт не помышлял о том, чтобы забрать еще одну кернывакскую голову. Поэт пришел, чтобы его убили?

Что он здесь делал? Почему он вернулся?

Бранвен не могла говорить. Даже крикнуть Тантрису, чтобы он бежал.

Королева Эсильта только улыбнулась ей. Почему королева улыбалась?

Среди них был кернывман.

– Позволь представить тебе принца Тристана, племянника короля Марка Кернывского.

Тело Бранвен сжалось под бархатным поясом на ее талии.

Она перенесла вес тела с ноги на ногу, пытаясь устоять.

Тантрис – ее Тантрис – был жив, и он стоял прямо перед ней посреди замка Ригани. Только он не был Тантрисом.

И он был не ее. Все это было ложью. Ее сердце заполнила знакомая дикая ярость и гнев.

Внезапно Бранвен поняла, почему Древние хотели, чтобы она его спасла. Он был принцем. Если бы принц Кернывака умер на Иверикской земле, никогда не было бы мира. Она спасла Ивериу, сохранив поэта. Но этого знания было мало, чтобы подавить бурю внутри нее.

Тантрис тоже улыбнулся ей, источая ту же уверенность, что и тогда в пещере.

– Это, должно быть, фея Эсильта, чья красота всем хорошо известна, – сказал он. Он говорил по-аквилански, как каждый при дворе сегодня, и он, очевидно, не знал об этом, потому что был поэтом.

Буря превратилась в ледяной шторм. Бранвен подумала, что она больна. Тантрис решил, что она – принцесса. Он думал, что она – Эсси.

Зачем он вернулся?

«Он не Тантрис, – ругала она себя. – Его зовут Тристан, и он кернывакский принц. Принц, который хочет принцессу».

Тантрис – нет, Тристан, – взял руку Бранвен в свою и мягко поднес ее к губам, – мягко, как если бы она была скворцом. Он пристально смотрел на нее во время короткого поцелуя, и девушка ненавидела то, что его прикосновение заставило ее почувствовать себя удивительно живой. Этот менестрель был хуже любого пирата.

– Принц Тристан, – Бранвен проглотила это имя, но не смогла стереть ошеломленного выражения с лица, когда выполняла церемониальный поклон.

Королева смотрела на нее, подняв бровь, а затем бросила взгляд на принца Кернывака.

– Моя племянница и впрямь почти фея, – сказала она так же по-аквилански. – Но ее зовут Бранвен.

Глаза Тристана оглядывали ее лицо. Глаза, которые ей так хотелось увидеть снова. Глаза, которым она стала доверять, и которые теперь принадлежали незнакомцу.

– Леди Бранвен больше чем фея. Хотя для меня она больше похожа на Эмер, – он расплылся в улыбке, – самую смелую из иверикских героинь.

Губы Бранвен дрогнули. Возможно, лиса привела ее к Тристану, чтобы предотвратить войну, но сама она была столь глупой, чтобы увлечься им. Такой же импульсивной, как Эсси, которая ее мудро избегала. Ладно, Бранвен выполнила свою миссию. Она закончила. Она закончила с этим двуличным кернывманом. Каким бы поразительным ни было его лицо.

Королева Эсильта медленно перевела глаза на чужака.

– Ты знаешь наши легенды, принц Тристан? – спросила она.

– О, да. – Он сосредоточил свое внимание на Бранвен, когда говорил. – Я пересказываю «Сватовство Эмер».

– Я удивлена, что принц Тристан может пересказать свое имя, – огрызнулась Бранвен.