Процессия казалась мучительно медленной, но вскоре они обнаружили, что вышли на берег моря перед замком. Несмотря на безлунную ночь, в сиянии «волос русалки» и звезд, сверкавших, словно снежинки, Бранвен могла запросто разглядеть мачты и паруса «Парящего дракона», который отвезет ее в Керныв, принесет ей новую жизнь. Это было хорошее название; его громоздкий корпус действительно был чудовищным. Бранвен поморщилась, поняв, что сама она не так уж сильно отличается от дракона из легенд: оба они дышали огнем.
– Мы предадим сэра Кина волнам, Финтан, – повелела королева Эсильта.
– Он заслуживает надлежащего погребения, леди королева.
– Сэр Финтан, скоро от его тела не останется ничего, что можно было бы похоронить.
Бранвен подумала, что может умереть прямо сейчас. В детстве Кин пережил резню на Костяном берегу. Теперь его ожидала та же самая водная могила. Возможно, судьба не может быть изменена – только отложена.
Финтан согласно кивнул. Втроем они продолжали двигаться к морю. Руки Бранвен болели, но ее пальцы по-прежнему сжимали сапоги Кина. Ледяная вода пропитала ткань ее подола, когда они опустили тело в морскую пену над бирюзовыми барашками.
Некоторое время мертвец плыл, потом начал тонуть. Только изумрудная лента Бранвен продолжала держаться на поверхности воды.
Ветер раздул морские брызги, покрыв щеки мелким туманом, и проглотил то, что осталось от Кина. Выделяясь силуэтом на фоне неба, освещенный дымкой «волос русалки», плакал черный дрозд. Две соленых струйки кристаллизовались на щеках Бранвен.
Финтан нараспев декламировал клятву королевских гвардейцев.
– Из Котла Кервиндоса был я рожден, – бормотал он хриплым басом. – И буду служить Земле против всех, кто стремится причинить ей вред. Пока я не вернусь туда, откуда пришел.
Королева Эсильта склонила голову, когда последние пузыри, словно отчаянное дыхание, успокоились на поверхности воды. Обращаясь к телохранителю, она сказала:
– Кажется, у сэра Кина нет семьи.
– Никого в живых, леди королева.
– В таком случае тебе придется выпить финальный тост, сэр Финтан, – промолвила королева и достала из-под плаща маленькую продолговатую флягу. Серебро сверкнуло в сиянии морских водорослей.
Финтан мрачно кивнул, откупорил флягу и приложил ко рту. Бранвен видела этот ритуал много раз. Даже очень много. Каждый раз, когда мужчина умирал на службе Ивериу. Она видела, как дядя Морхольт делал так в память об ее отце. Финальный тост всегда выпивался ближайшим погибшему человеку мужчиной, или его господином, или начальником. Финтан был начальником Кина в королевской гвардии, поэтому было правильным, чтобы он первым вкусил напиток, который погибший пригубит в Стране Юности.
Бранвен всегда считала совершенно несправедливым, что такой традиции нет для женщин, умерших за Ивериу.
Толстый гвардеец махнул все содержимое фляги, не поморщась, и отер рот рукавом.
– Леди королева, мы должны вернуться на праздник. Возможно, пираты Кернывака патрулируют наши берега.
– Минута молчания по сэру Кину, – сказала Эсильта тоном, не терпящим возражений.
Бранвен слизнула морскую соль с нижней губы, сжав руки, чтобы они не дрожали. Как она могла сохранить эту тайну, которая уже лежала тяжелым грузом в сердце, – в сердце, которым она хотела поделиться с Тристаном? Теперь Кин всегда будет его частью.
Сильный ветер скатился с моря и просвистел между скорбящими. Тяжелый, влажный кашель извергся из груди Финтана. Королева Эсильта повернула голову в его сторону.
– Ты должен вернуться в замок Ригани, сэр Финтан, – сказала она.
– Сейчас же, моя королева. После тебя.
– Нет, Финтан, только ты. Скажи королю Энгусу, что я удалилась в свои покои с ужасной головной болью и просила, чтобы меня не беспокоили. – Она положила руку ему на плечо. – Когда ты завтра проснешься, ты ничего не вспомнишь.
К великому изумлению Бранвен, телохранитель не возразил.
– Как тебе угодно, леди королева, – это все, что он сказал.
Она кивнула, сняв руку с его плеча. Тени света, играющие на изможденном лице Финтана, показали его глаза, широко раскрытые, как чаны с элем. Бранвен немного втянула воздух. Гвардеец поклонился в пояс и ушел. Взгляд тети скользнул от Финтана к воде, а потом к Бранвен. Она с нетерпением оглянулась.
– «Слезы королевы Медуа», – объяснила королева. Бранвен знала, что древнюю королеву называли Одурманивающей. – Я смешала сок дерев, корень любовников, «души пламени» и еще несколько трав, чтобы повлиять на ум сэра Финтана.
– Это безопасно?
Тетя приподняла бровь.
– Достаточно безопасно, если правильно смешать. – Все верно, Бранвен могла не сомневаться в методах королевы. – Я приготовила настой перед праздником, чтобы мы могли незаметно подготовиться к созданию Кубка Любви.
Бранвен подозревала, что королеву огорчило вмешательство в разум Финтана, но она всегда делала то, что нужно было сделать. Эсильта сжала руку Бранвен и уставилась ей в глаза.
– Он просто понадобился нам немного раньше, чем я ожидала.
– Да, леди королева. – Слова царапали Бранвен горло.
