– Ты позволишь мне подстричь тебе волосы? Совсем чуть-чуть, чтобы Лулу не было так обидно, что подстригли только ее?
Вместо ответа ещё кивок, едва заметный. Осторожно переложив Лулу на диван, я поднялась и пошла за ножницами. А когда вернулась, обнаружила, что Лулу свернулась на диване, а Даниэле сидит очень близко, но не прикасаясь к ней, хотя видно, что ему этого очень хочется.
– Сядешь ко мне на колени, чтобы я тебя подстригла?
Кивок.
Я приподняла Даниэле, села и усадила его себе на колени. Нежно погладила его по голове и начала состригать волосы на затылке. Он не двигался, только не сводил глаз с Лулу. Я укоротила ему волосики и по бокам, оставив длину только на макушке.
– Теперь ты выглядишь очень круто.
Даниэле так и сидел у меня на коленях, а я продолжала поглаживать его по головке.
– Надеюсь, однажды ты поговоришь со мной. Мне бы очень хотелось услышать твой голос. Ты можешь обо всем мне рассказать. Я умею хранить секреты. Договорились? – Он оглянулся через плечо и посмотрел прямо мне в глаза, и в этот момент показался мне гораздо старше своих почти трёх. – Твой папа тебя очень любит.
Отвернувшись, Даниэле сполз с моих коленей и снова уселся с планшетом на пол.
К ужину Кассио дома так и не появился. В начале девятого я устроилась в гостиной в удобном кресле у камина, захватив одну из любимых книг. Я подумывала позаниматься пилатесом или закончить картину, но сил на это уже не осталось. Ожидая сообщения от Кассио, телефон положила рядом, на кофейный столик.
Мы переписывались со школьными подругами, но я уже сейчас чувствовала, что наша дружба не выдержит испытания расстоянием. В любом случае, мы никогда на были настолько близки, чтобы делиться самыми сокровенными тайнами. Может, мне стоило написать Кассио сообщение и спросить, когда он будет дома. У меня был его номер, но по телефону мы ещё ни разу с ним не общались. Хотела послать ему фото из парка, но передумала.
И тут меня осенило. Я вскочила и подошла к барному шкафу, находившемуся слева от мраморного камина. Полки были заставлены бутылками с виски, джином, бурбоном и множеством других крепких напитков, которые я видела впервые. Припомнив слова Кассио о том, что мне не стоит пить, я выбрала самую роскошную с виду бутылку виски с названием, которое мне сложно было даже выговорить: «Лафрой», ограниченная серия. Я щедро плеснула себе в стакан и вернулась вместе с ним в кресло. Устроившись поудобнее, поднесла стакан к носу, вдохнула и закашлялась от терпкого аромата алкоголя. Сделала глоток, на глаза навернулись слёзы, и я закашлялась ещё сильнее.
– О боже!
Зачем кому-то добровольно это пить? Может, это чисто мужская привычка? Отдышавшись, я взяла телефон, поднесла стакан к губам, вызывающе улыбнулась в камеру и сделала селфи. А затем отправила его Кассио.
«Пока ты работаешь, «Лафрой» составляет мне компанию».
Он прочёл мое сообщение почти сразу же, но не ответил.
Разозлившись, я отставила на столик стакан и убрала телефон.
Минут через пятнадцать входная дверь открылась и закрылась. Лулу, спавшая в своей корзинке, выскочила в холл, и тут же послышался недовольный голос Кассио.
– Лулу! – позвала я, схватила стакан и сделала ещё один большой глоток. Лулу засеменила обратно в гостиную и вновь улеглась на место. Я поспешила перекинуть ноги через подлокотник, чтобы Кассио мог как следует разглядеть мои гольфы, которые терпеть не мог. Затем в дверях появился Кассио, мрачный и внушительный, выглядящий как самая настоящая акула бизнеса, кем он и был. Он осмотрел меня с головы до ног, задержавшись на стакане, прижатом к губам, платье в подсолнухах и чёрных гольфах.
Он моментально пришел в ярость, его лицо трансформировалось в маску с острыми краями. На мгновение внутри все сжалось от страха, от осознания того, что я не знаю правды о смерти Гайи, но я не позволила эмоциям взять верх. Кассио ничего мне не сделает. И все же, когда он захлопнул дверь, я почувствовала прилив адреналина. Кассио направился в мою сторону, но я не сдвинулась с места, только сделала ещё один глоток виски. Жидкость прожгла дорожку в горле, и в желудке начало расцветать тепло – и не только от алкоголя. Почему-то это примитивное недовольство Кассио завело меня, но прямо сейчас я не могла воспользоваться этим способом. Нам необходимо было поговорить об Элия, и секс только помешал бы в этом.
– Джулия, у меня нет времени на игры. Это фото для того, чтобы меня спровоцировать?
Он остановился рядом с креслом, высокий и зловещий, потрясающий и пугающий.
– Неа, – беспечно ответила я. – Я только хотела держать тебя в курсе моих вечерних занятий, учитывая, как ты жаждешь контролировать каждый аспект моей жизни.
