Я засмеялся, и Джулия улыбнулась вслед за мной. А затем ее лицо озарилось глупой надеждой.
– Кассио, я хочу быть счастливой. Я хочу, чтобы все мы были счастливы.
– Чего ты хочешь от меня? – опрометчиво спросил я.
Джулия так молода. Мне не хотелось делать ее несчастной, по крайне мере, специально. Но я сомневался, все ли зависит в этом вопросе от меня. Мне казалось, что с Гайей я делал все возможное, чтобы она была счастлива. Сейчас понимаю, что этого не хватило, но задача изначально была невыполнимая.
– Доверься мне.
Я провёл рукой вдоль ее позвоночника, а затем взял ее голову в ладони и потянул вниз, собираясь поцеловать.
– Я постараюсь.
– Можешь начать с того, что расскажешь мне, что случилось с Гайей и почему Даниэле так себя ведёт.
Я покачал головой.
– Это прошлое и не имеет никакого отношения к нам.
Джулия грустно улыбнулась. Она так же, как и я, отлично понимала, что к нам это имеет самое непосредственное отношение. Но я не хотел рассказывать ей о Гайе. Лучше от этого никому не станет, лишь разрушит ту хрупкую связь, что образовалась между нами. Она ещё юная, может, поэтому я решил попробовать и начать все с чистого листа. Мне не хотелось становиться тем самым, кто разрушит ее очарование.
– Хорошо. – Хотя ничего хорошего в этом не было. И ее язык тела явно это демонстрировал.
– Что ещё?
– Проводить время с детьми и со мной. Время для семьи. Быть дома к ужину, быть дома по воскресеньям. Я хочу узнать тебя получше. Узнать, как ты любишь отдыхать в свободное время, чем тебе нравится заниматься.
Я попытался вспомнить, когда в последний раз делал то, что мне нравится, не связанное с работой. И не смог.
– Не говори, что кроме работы ты ничего не любишь. Кроме пыток и убийств должно быть что-то, что доставляет тебе удовольствие.
Такая раскованная, как глоток свежего воздуха.
– Я хорош и в том и в другом, – промурлыкал я.
– Я в этом не сомневаюсь, – прошептала она. – Я люблю заниматься живописью и пилатесом.
Я ослабил хватку.
– Живопись?
– Да, картины. Натюрморты, пейзажи, животные. Пока не очень получаются люди, но я пытаюсь совершенствоваться. Вот что было у меня в большом пакете. Мои работы.
Я не обратил внимания на вещи Джулии. Наверное, я должен был проявить больше интереса к прошлой жизни своей жены, прежде чем втягивать ее в тот хаос, в который превратилась моя собственная.
– А пилатес помогает мне поддерживать физическую форму и полезен для ментального здоровья. – Она затихла. – Ты смотришь на меня так, будто я несу чушь.
– Вовсе нет. – возразил я. – Ты просто продолжаешь меня удивлять.
– В хорошем или плохом смысле?
– В хорошем.
Она пожала плечами.
– Ну и славно.
Да, но за все хорошее рано или поздно приходится расплачиваться.
– С тех пор, как приехала, ты что-нибудь нарисовала?
– Нет, я была занята обустройством, и дети с Лулу не дают расслабиться. – Она задумчиво склонила голову набок. – И мне нужна отдельная комната для рисования. Чтобы запахи краски не распространялись по всему дому.
– Рядом с моим кабинетом есть свободная комната. Из неё отличный вид на сад и есть выход на террасу.
Джулия просияла. Опустившись мне на грудь, она положила подбородок на скрещённые руки.
– Спасибо.
– А как у тебя успехи с моими детьми?
Она сжала губы, но я не очень понял причины.
– Что случилось?
– Ничего, – ответила она, хотя было очевидно, что ее что-то беспокоит. – Мы с детьми узнаём друг друга. Думаю, смогу завоевать доверие Даниэле через Лулу. А Симона сегодня позволила мне без истерик взять себя на руки.
– Насчёт собаки…
Джулия снова села рывком.
– Я не хочу отдавать Лулу и я против того, чтобы запирать ее в комнате. Это несправедливо по отношению к ней. А все-таки, что у тебя за проблема с ней?
– Если не считать того, что она совершенно не воспитана?
– Трудно ее в этом винить. Неужели Гайя с ней вообще не занималась?
Я стиснул зубы.
– Собака появилась в непростое для нас время.
– Мне кажется, Лулу хорошая собака и подходит для семьи с детьми. Она мне очень нравится.
– Тогда оставь ее, но займись дрессурой.
– А Элия так и останется у меня телохранителем?
– Конечно. Он отлично подходит.
– Потому что не интересуется женщинами?
Я прищурился, пытаясь понять, откуда она могла об этом узнать. Она неправильно истолковала мой взгляд и беспокойно заерзала.
– Ты ведь об этом знал, да?
– Конечно, поэтому я и выбрал его твоим телохранителем.
Джулия обиженно фыркнула.
– Доверие, говоришь?
С мрачной ухмылкой я облизал большой палец и надавил на этот маленький розовый бугорок между ее ног, которым она так сладко меня дразнила.
– Мы будем над этим работать. Но даже если я доверяю тебе, это не значит, что буду доверять любому мужику рядом с тобой.
Я провёл большим пальцем между ее набухших складочек, собрал влагу и размазал по клитору. Джулия откинулась назад и уперлась руками мне в бедра, предоставляя мне лучший доступ и прекрасный вид. Мой член коснулся ее поясницы, и она хитро заулыбалась.
– По правде говоря, не такой уж и старикашка, да?
