— Вы думаете, это так просто? — Он скользил взглядом по ее лицу — так, как будто видел эту женщину в первый раз. Или же видел ее, но уже в совсем другом свете. Она была уверена, что уж вот это-то точно было правдой. Она тоже теперь видела его совсем по-другому. — Забыть вечер, который был настолько насыщен событиями?
Она покачала головой.
Его взгляд, обращенный на ее лицо, стал еще более пристальным, а брови сдвинулись.
— Я сомневаюсь, что когда-либо смогу выкинуть это из головы, — заявил Колин.
— Ко мне полностью вернулось чувство здравого смысла. Я сделала соответствующие выводы.
Выводы заключались в том, что она будет искать себе любовника не в «Содоме», а в каком-то другом месте. И что она сотрет из памяти воспоминания о его поцелуе благодаря поцелуям другого мужчины. И сделает это как можно быстрее.
— Значит, больше не будет посещений таких мест, как «Содом», да?
Ее щеки зарделись.
— Можете быть уверены, что их больше не будет.
Она будет попросту осторожнее и хитрее, когда займется поисками любовника.
Он продолжал таращиться на нее каким-то странным напряженным взглядом — так, словно мог читать ее мысли. Его светло-голубые глаза блестели в полутемном коридоре подобно серебру. Именно так, насколько она помнила, они блестели вчера вечером. Грасиэла старалась не дать себе разволноваться под таким его взглядом. Как они вообще могли раньше общаться в легкой и естественной манере? Воздух между ними показался ей каким-то странным. Нелегким. И неестественным.
«Это вопрос времени», — мысленно сказала она себе. Пройдет какое-то время, и все снова станет таким, каким оно было раньше. Вчера вечером произошла какая-то аномалия, которая впоследствии превратится в расплывчатое воспоминание. Кроме того, если ему предстоит вскоре жениться, то он уже не будет встречаться с ней так часто, как раньше. Он будет проводить свое время с женой… и скоро у них появятся дети.
Эта мысль, однако, не утешила ее так, как должна была бы утешить.
Она облизнула губы и спросила:
— Я правильно поняла то, что сказал Маркус? Вы собираетесь жениться?
Лорд Стрикленд ответил не сразу.
— Я еще ни с кем не обручен, — сказал он после небольшой паузы. — Пока еще не обручен. Просто моя бабушка обратила мое внимание на то, что пришло время наполнить детскую комнату нашей семьи.
— Как это будет замечательно для вас… И для вашей семьи.
Эти слова показались ей какими-то камнями, вываливающимися из ее рта.
— Да. Судя по словам моей бабушки, следующим в нашем роду после меня идет какой-то мой троюродный брат, который живет в Америке и ведет там разгульный образ жизни. Ей хотелось бы, чтобы у нее по меньшей мере появились два внука, причем побыстрее.
— То есть два наследника — основной и запасной, — с легкой горечью сказала Грасиэла, зная это английское выражение. — Вам в данном отношении везет, поскольку в этом сезоне, говорят, очень многие красивые юные девушки впервые вышли в свет.
Он вздохнул, не радуясь, по-видимому, мысли о женитьбе, но готовый исполнить свой долг. Он ведь всегда готов исполнить свой долг.
— У меня есть несколько из них на примете. Их мне подсказала, конечно же, моя вечно такая услужливая бабушка.
Грасиэла кивнула:
— Конечно. Я уверена, что у вашей бабушки полно рекомендаций на этот счет, но и я вам с удовольствием подсказала бы. Я знаю нескольких изысканных леди, которые сочли бы для себя за честь назвать вас своим мужем.
Она что, предлагает ему свое содействие в вопросе выбора невесты? Ей, наверное, нужно заткнуть себе сейчас чем-нибудь рот.
Один из уголков его губ приподнялся, и он, усмехнувшись, спросил:
— Вы предлагаете мне свою помощь в выборе невесты?
Голос Колина был таким насмешливым, что у нее опять зарделось лицо. Если принять во внимание то, чем они занимались прошлым вечером, это и вправду было нелепое предложение.
— Ес… если вам вдруг потребуется мой совет, то вы его получите, — сказала Грасиэла, запнувшись. — Друзья помогают друг другу, а мы ведь с вами друзья, не так ли, милорд?
Что за чушь она сейчас несет?
— Да, — торжественно произнес он. — Мы всегда были и будем друзьями, ваша милость.
Они посмотрели друг другу в глаза бесконечно долгим взглядом.
Ей показалось, что она смотрит на незнакомого ей человека, совсем не заслуживающего услышать ту чушь, которую она только что сказала. Перед ней стоял мужчина, который раздевал ее взглядом, чтобы посмотреть, что находится под ее одеждой.
— Я в этом не уверена, Мэри-Ребекка, — прошептала Грасиэла, стараясь, чтобы никто, кроме подруги, не услышал ее.
Две дочери Мэри-Ребекки расположились на сиденьях напротив них, улыбаясь и сияя от охватившего их радостного волнения.
Грасиэла, безусловно, была в этой карете единственным человеком, который не радовался от предвкушения предстоящей вечеринки. Тем не менее она на нее ехала: подруга уговорила ее посетить эту музыкальную вечеринку в доме лорда Нидлинга.
